— Ты что творишь, ты хочешь, чтобы он нас обчистил? — грозно шипела ему мать, схватив за ухо. — Не смей приводить в дом незнакомых и оставлять их без присмотра, ни на секунду!..

Интересно, как бы сейчас отреагировала Долорес, оставь он у них Чипа в гостях одного? Наверное, вызвала бы полицию и упекла бы его вместе с сыном в придачу. И в этом, судя по всему, была бы доля рационального зерна…

Что его теперь ждет по возвращению? Обрушенная люстра и лежащий на полу толстяк? Или быки в черных масках, что скрутят его, как возможного соучастника в какой-нибудь государственной измене?

Дик отступил к чугунной балюстраде, чтобы не раздражать себя и других людей, гуляющих по террасе, и вошел в соцсеть. Лента с тегом Алладель-Грин обновлялась, не переставая, все новые и новые кривляющиеся лица выталкивали друг друга, не успевал Дик разглядеть хоть что-то позади них.

Просмотр видео давал чуть больше результатов, обзор камеры смещался, и Дик приостанавливал воспроизведение, чтобы разглядеть случайные фигуры, что попадали в кадр. Но Жаклин среди них пока не подворачивалось. Чувствуя себя донельзя глупо, Дик продолжал усердно изучать весь материал, связанный с парком. На экран выскочила рекомендация.

Без ума от Алладель-Грин? Рекомендуем подписаться на фестиваль общественных инициатив, чтобы не пропускать …

Дик раздраженно смахнул рекомендацию, но тут вылезла еще одна.

— Твою же…

— Можно вас попросить? — девушка стояла напротив него и заискивающе смотрела. Темноволосая, осанистая, в черно-белом платьице, и личиком, поднимающим настроение.

— Конечно, какой разговор? — немного растерялся Дик. Его пальцы стыдливо выключили экран с соцсетью.

— Хочу, чтобы вы сфотографировали, как я сижу на балюстраде и будто падаю. Но вы не пугайтесь, это понарошку, такая идея для фото…

— Давай телефон.

Она подобрала платье и ловко взгромоздила свою пятую точку на ограждение. Дик навел на нее камеру, и девушка взметнула руки вверх, а рот раскрылся в шутливом испуге.

— Давайте еще один кадр.

Дик фотографировал ее снова и снова, заворожено наблюдая за ее милыми заигрываниями на камеру. Незнакомка была живой и прекрасной.

— Куда тебе эти фотографии?

— Для себя.

— То есть, будешь их разглядывать в одиночестве?

— Конечно же нет, я их выложу, — хихикнула девушка и спрыгнула с балюстрады.

— Так значит, все же не для себя?

Она прильнула к нему боком, оценивая получившиеся кадры. Дик поневоле обратил внимание на ее груди, белые и нежные, заметные через прорезь платья сверху.

— Отличные снимки. Большое вам спасибо.

— А мне не нравятся. Кто ж поверит, что ты падаешь на них?