— Фактами, чем же еще… А ты? На что еще пойдешь, чтобы доказать, кто здесь главный самец?

Менеджер усмехнулся.

— А чего мне доказывать, это и так…

— Погодь, Шон, — перебил Дик. — Уверен, что хочешь договаривать? Тут начальник твой рядом стоит…

Напрягшиеся до предела коллеги нервно рассмеялись. Рот менеджера по внешним связям и маркетингу тоже свело кривой улыбкой.

— Это я и хотел сказать, умник…

— Голдлесс, — отсмеявшийся Боб шлепнул менеджера по плечу, — ты сегодня прям в бой рвешься, читатели не смогут отбиться. К завтрашнему дню те две партии, про которые я утром говорил, уже должны быть пущены в оборот, иначе прогорим. Так что я в тебя верю. Дейл, — директор взглянул на работу Дика, — почему ты все еще возишься с этой обложкой?

— Ты же и сам знаешь, подогнать цветовой баланс под эту старушенцию, — Дик кивнул на печатный станок, — талант нужен. Никто ведь не обрадуется, если придется перерисовывать весь макет.

— Да, — признал Боб, — но я же вижу, что ты сейчас не калибровкой занят… Я, конечно, всегда приветствую твой творческий настрой, но эта обложка ведь не в Лувр пойдет, так? Чего ты так возишься с ее ртом, — директор ткнул пальцем в экран, — оставь как есть. Вторую Мону Лизу хочешь зафигачить, я не пойму?

— Так запрос непростой. Автор желает, чтобы у героя на обложке была, как он выразился, полуулыбка, что сочетала бы в себе недовольство, грусть и скрытое превосходство одновременно. Я клянусь, так и запросил, — поклялся Дик, заметив, как округлились глаза его начальника.

— Так это еще и герой, а не героиня…

— Да, волосы он попросил сделать на женский манер, чтоб передать неоднозначность персонажа…

— Оставь как есть, — отрезал Боб. — Он еще не то попросит, а все равно останется недовольным, сам же знаешь. Будем так заморачиваться над каждым их заскоком, прогорим.

Они ведь платят за то, чтобы мы воплощали их заскоки , — подумал Дик, но промолчал. Под удовлетворительный кивок Боба, он сохранил проект и поставил на обработку, а сам до хруста прогнулся в спине. Руперт разводил себе кофе, а Олдли все еще любезничал с новенькой. Дик украдкой поглядывал на нее.

Да, таким, как она, жилось непросто. Ни на что, кроме дешевых представлений в ее присутствии, она больше рассчитывать не могла. Правда всегда будет обходить ее за километр.

Дик с некоторым стыдом признал себе, что и сам не был с ней достаточно правдив, не отплатив ей ни центом своего внимания. Но уж лучше так, чем маскировать свое шевеление в трусах радушием, обходительностью и гостеприимством, как это сделали его коллеги. И псевдомаскулинностью, как это сделал Шон. Настырный и болтливый, но в общем-то неконфликтный парень, не был еще ранее замечен за попыткой кого-то уязвить. А тут будто голову потерял. На что он вообще надеялся…