Тем временем князь продолжал:
— Ну а теперь я объявляю осенний бал! И, думаю, будет справедливым, если откроет его эта замечательная пара.
И он повёл рукой в сторону жениха и невесты.
В центр зала вышел распорядитель бала. Взмахнул своим посохом, и сразу же заиграла музыка.
— Вальс! — объявил распорядитель.
Фёдор подал руку невесте, вывел её на паркет и закружил в танце.
Верочка пристально и со значением поглядела на Веретенникова. Тот сперва не понял этого взгляда, и целых пять секунд с глупым видом таращился на девушку. Но всё-таки смог, сообразил:
— Вера Николаевна, позвольте пригласить вас на танец.
— Охотно! — с готовностью ответила Верочка и, чуть жеманясь, подала кавалеру свою руку.
— Нынче вы танцуете намного лучше, — заметила она спустя десяток тактов.
— Я готовился, брал уроки, — ответствовал Веретенников.
Он и сам это чувствовал: нынче не было необходимости тщательно контролировать каждое движение. Шаги и повороты выходили словно сами собой, легко и непринуждённо.
— Скажите, Андрей Егорович, — продолжала девушка, — а каково это — придумывать новые самолёты?
— Это работа, — просто сказал Андрей. — Порою увлекательная, но большей частью нудная и кропотливая. Ведь мало просто придумать и нарисовать эскиз. Требуется провести множество расчётов, создать и начертить каждую деталь, чтобы потом рабочие смогли её изготовить. Потом из этих деталей собрать аппарат, попутно выискивая и устраняя десятки неизбежных ошибок. И лишь после этого результат большого труда многих людей сможет подняться в небо, обретя жизнь и, наконец, имя.
Верочка слушала внимательно, а когда Андрей закончил свою маленькую речь, уважительно произнесла:
— Вы великий человек, Андрей Егорович. И очень большой романтик. Другой бы не смог создать ни «Ориона», ни «Сатурна».
— Откуда вы это взяли? — удивился Веретенников.
— Женское сердце подсказало, — с загадочным выражением лица произнесла Верочка и тут же рассмеялась. — Вы порой так наивны, Андрей Егорович! Достаточно лишь вспомнить названия, какие вы дали вашим самолётам. Я почти уверенна, что вы порою, глядя на звёзды, думаете о полётах туда, к этим далёким светилам.
Тут пришла очередь рассмеяться Андрею. Но смех у него вышел конфузливый и принуждённый.
— Действительно, я иногда думаю об этом, — признался он. — Но подобные полёты если и станут возможны, то лет через пятьдесят, не раньше. Прежде, чем человечество выйдет за пределы атмосферы, нам еще предстоит как следует освоить воздух. А сейчас мы делаем к этому лишь первые робкие шаги.
— И шаги эти весьма впечатляют, — уверенно заявила Верочка. — Я могу сравнить полёт на планере, на этой хрупкой конструкции, и на «Орионе». А что выделывает наш есаул на «Сатурне» — это же уму непостижимо! Кстати, когда начнётся выпуск двухместного варианта и обучение курсантов на нём? Даже я, далёкая от технических подробностей, вижу, насколько этот самолёт совершенней.