«Орион» взмыл в небо. Андрей немало нервничал, наблюдая за карабкающейся вверх букашкой. Он мельком взглянул на князя. Тенишев стоял, прикусив губу. Это был верный признак: переживает, да ещё как! Котельников тоже изрядно нервничал.
Но вот на нужной высоте самолётик перевернулся. От него отделилась малюсенькая фигурка и понеслась вниз, к земле. Андрей невольно вздрогнул и, кажется, прекратил дышать. Но вот прошла секунда, другая, третья, и над фигуркой появилось белое шелковое облако. Оно росло, расправлялось и превратилось, наконец, в полусферический купол парашюта. Веретенников облегчённо выдохнул. Рядом с ним прозвучали ещё два точно таких же выдоха.
К месту приземления помчался грузовик с техниками. Несколько минут, и бывший есаул, несколько извалянный в пыли, помятый, но со счастливой улыбкой на лице, предстал перед начальством.
— Опыт произведён, ваше сиятельство, — доложил он. — Полезная штука, и работает исправно. В ноги сильно шибает во время приземления, а так — ничего. Только вот в кабине с ним неудобно. Надо бы как-то переделать, иначе выходит, что сидишь как на жердочке. Только и думаешь, как бы с сиденья не соскользнуть. А ведь ещё самолётом управлять надо!
— Думаю, этот вопрос мы решим, — улыбнулся Тенишев. — Спасибо, Сергей Прокопьевич. Зайдите на неделе в кассу, вам премию выпишут.
Довольный испытатель повернулся по-военному налево кругом и на радостях рубанул строевым.
— А вас, господа, — обратился князь к спутникам, — прошу в машину. Думаю, пора обсудить сделку.
— Одну минуту, ваше сиятельство, — задержал Тенишева изобретатель. — Нельзя ли мне разок ненадолго подняться в воздух на этой машине?
Он указал рукой на «Орион», вокруг которого суетились техники.
— Отчего же нельзя? Очень даже можно. Думаю, здесь найдется экипировка ваших размеров.
Князь дружелюбно улыбнулся Котельникову, и по этой улыбке Андрей понял: дело практически сделано, причем князь получит намного больше того, на что рассчитывал.
— Ну что, Сергей Прокопьевич, каковы на этот раз ощущения? — спросил Андрей.
В ответ лётчик-испытатель расплылся в улыбке:
— Просто песня, Андрей Егорович! Послушный, как вышколенный жеребец. Только подумаешь, куда тебе надо, а он уже туда летит. И ни в какую сторону не крутит, не ворочает. Никаких замечаний, одно только чистое удовольствие.
— Вот и ладненько, — улыбнулся в ответ Веретенников. — Можете отдыхать. А техникам скажите — пусть «Сатурн» подготовят, я и сам хочу слетать, опробовать. Понять, что получилось и можно ли сделать лучше.
Он повернулся к группе инженеров: