В раздумьях я отправился в пионерскую коммуну. Наш отряд уже был полон слухов.

— Товарищ старший пионер, а правда, что бандиты поезд с золотом ограбили? — тут же пристали ко мне дети и подростки.

— Да, правда, ребята. Пути взорвали, восемь товарищей застрелили. Очень большой ущерб причинен нашей Республике! — подтвердил я.

— Вот гады! Сволочь такая! У голодающих отобрали! — раздались вокруг возмущенные голоса.

— Ладно, не ругайтесь. Пионеру это не к лицу. Давайте, займитесь делом. Семиренко и Ярцев — за дровами, Мищук — за водой, Тарнавская и Шаповалов — на кухню. Остальные — на станцию, там вагон разгрузить надо!

Продолжая оживленно переговариваться, все разошлись по делам. Вдруг ко мне подошел Митька. Он был слишком мал для такой тяжелой работы, и потому только учился. Когда ребята постарше уходили на тяжелую работу, такую как разгрузка вагонов, его приходилось оставлять дневальным.

— Дядя Лёня, я вам хочу кое-что рассказать. Только с глазу на глаз!

— Хорошо. Пойдём на кухню.

По загадочному и немного бледному лицу Митьки видно было, что он чем-то напуган.

— Дядя Леня. Помните, был у нас беспризорник по кличке Крюк?

— Да, конечно. Он когда от нас убежал, вроде бы связался с какой-то дрянной компанией…

— Я видел его. Здесь, на заводе. На дальних складах, возле железнодорожных путей!

— Когда?

— Еще осенью, когда мы кипрей собирали. Идем мы по заводу. Я дальше всех зашел. И вдруг, смотрю, какие-то хмыри возле амбаров трутся. И Крюк с ними, гадина… Потом видел его там же, с Филином, скупщиком краденого.

— Ну ладно, и что?

— Дядя Лёня, я тут намедни видал, как у того же амбара две дрезины стоят. Лошадьми запряженные. И опять, люди вокруг ходили… Крюк с ними был.

— Ну хорошо, ладно. Надо проверить. Молодец, Митька. Посматривай тут, вдруг он попробует спереть что-то у нас! — похлопал я его по плечу, сам же занятый мыслями не о каком-то Крюке, а о ночном происшествии.

— Непременно, дядя Лёня!

И Митька убежал в общую залу, мне же надо было идти в школу. Наскоро перекусив вареной картошкой, я побрел в сторону здания бывшей гимназии, на ходу прикидывая, на сколько уроков опоздал. Правда, это давно не было какой-то проблемой — я давно уже учился экстерном.

День прошел в обычной кутерьме. И школа, и город были полны самых разнообразных слухов. Школьники младших классов на полном серьезе рассказывали друг другу про неуловимых «попрыгунчиков».

— Ходют они, завернутые в простыни. На ногах — пружины. Раз! — и он уж перед тобой. Бах! Бах! Убил, ограбил, бац, и перепрыгнул сразу на соседнюю улицу! Его милиция хочет схватить, а он — раз — и перепрыгнул прямо через вагон! Потому и поймать их не могут!