И действительно, у крыльца большого дома стояла запряжённая парой волов широкая повозка, а вокруг неё сновали бородатые фигуры, человек пятнадцать, не меньше. С нашего расстояния разглядеть их толком не получалось, но людей там виднелось не так уж и много.
— Пятнадцать рыл во дворе у телеги, — прикинул я вслух, вглядываясь в просветы. — Хотя нет, погоди, вон там ещё несколько копошится. Но я думаю, десятка три там точно наберётся, причём многие при хорошем железе и в кольчугах.
— Многовато, — нахмурился Фауст. — Если полезем толпой в одни ворота, возле этой гружёной повозки в кучу собьёмся, там узко и неудобно будет. Кто вообще так строит? Это же вилла.
— Да гдеж вилла, когда это крепость, видишь, как оборонялись?
— Только им это совсем не помогло. Ладно, я и мои люди в деле.
— Бейте дротиками и не подпускайте их в рукопашную, — сказал я, хотя понял, что мог бы, в принципе, этого не говорить.
— Не учи отца, мы не пальцем деланные.
— Поэтому действуем быстро, нечего разваливаться, — сказал я, поднимаясь. — Выдели мне пятерых бойцов из своего отряда. Ты со своими идёшь по центру, а я буду бить с правого фланга. Как только пройдём ворота, там и разделяемся. Работаем, декан, покажем этим тварям, что такое оружие легионеров.
Фауст согласно кивнул. Всё равно план простой, как деревянная палка, и ничего серьёзного здесь не требовалось. А в его бойцах я не сомневался, ведь большинство из них принадлежали к старой гвардии и давно отмотали пятилетний срок службы.
Людей распределили в два счёта, и вместе со мной, Мароном и Силаном получилось девять человек. Позади нас шли Гета и двое охранников легата, потому что я побоялся оставлять их за собой в лесу. Мало ли, нагрянут северяне, и тогда отвечай мне потом перед легатом за смерть слуги.
Несколько сотен шагов до ворот мы прошли, пригнувшись за щитами, стараясь не поднимать лишнего шума. Наёмники Туллия действительно дрались как звери и заслужили то серебро, что им платили в годы безопасности.
А вот оставшиеся победители, мародёрствуя, настолько уверовали в свою безнаказанность, что даже дозорных у выезда не выставили. Не считать же тех двух бородачей, что стояли у створки и с гоготом тянули вино из глиняного кувшина, за что-то серьёзное. Тем более что смотрели они, как вытаскивают хозяйский хабар, а не на то, как снаружи двигается в их сторону смерть.
Лишь когда до ворот осталось метров пять, один из северян случайно повернул голову в нашу сторону и поперхнулся вином, вытаращив глаза.
— Бросай!
Два десятка тяжёлых дротиков ушли в створ ворот, опрокидывая всех, кто попался на их пути.