В ту роковую ночь, как он думал, все носители родословной панды были истреблены.

В тот момент молодой Шэнь, ещё не лишённый имени своего благородного рода, искренне верил, что поступает правильно, он думал, что подобным образом изменит судьбу, обезопасит себя от неудач и после этого сможет спокойно устроить настоящую революцию в науке, а после и в стране.

Когда принц вернулся домой, его роскошные белые шелка были пропитаны чужой кровью, а на волосах осел запах гари и пепла.

Стража дворца, увидев безумный взгляд наследника, инстинктивно направила на него копья, родная мать смотрела на своё чадо со смесью первобытного ужаса и отвращения, а в глазах отца, того самого человека, ради которого всё это и затевалось, отчётливо читалось лишь презрение и горькое разочарование.

Его не задержали, слуги даже позволили ему переодеться и смыть с себя кровь невинных, после чего вызвали в главный зал. Там родители продолжали молча уничтожать его своим взором. И самое страшное для принца Шэня было именно в этом – ни отец, ни мать не сказали ему ни единого слова. Тишина резала больнее ножа.

Когда лорд Лю наконец заговорил, Шэнь испытал облегчение – он даже обрадовался! Отец спросил, зачем он совершил это чудовищное злодеяние. И тогда, наивно полагая, что родители, как истинные правители, поймут его великие идеи, принц начал сбивчиво рассказывать о своих планах: о пророчестве гадалки, о невероятном оружии и других своих изобретениях.

Но понимания в глазах родителей он не нашёл, там плескался лишь ужас.

Тогда Шэнь пошёл дальше – начал кричать об истории их рода, о том, как они опустились за многие века, как он мог бы улучшить их положение, возвысить Гунмэнь над Столицей… Однако и это никак не повлияло на непреклонных родителей. Отчаявшись, Шэнь решился и выложил свой главный козырь, свою заветную мечту – захват всего Китая и свержение Императора.

И вот это подействовало.

Мать в шоке прикрыла рот рукой, а глаза отца расширились так, как никогда прежде. Подумав, что его наконец-то поняли, Шэнь с горящими глазами продолжил делиться своими мыслями, пока его не заткнул отец. Лорд Лю мгновенно, с невероятной для его возраста скоростью оказался перед сыном и отвесил ему сильнейшую пощёчину.

Шэнь отлетел, больно ударившись о каменную стену. Непонимающе переводя взгляд с крови, текущей изо рта, на отца, пылающего праведным гневом, принц медленно поднялся только для того, чтобы рухнуть на колени после следующих слов лорда:

— Убирайся. Ты больше не наш сын.

Так и началось его изгнание…

Прошло двадцать долгих лет. За это время Шэнь повзрослел, заматерел и успел понять, почему его отец поступил именно так, более того, теперь он был даже благодарен родителям за то, что они не отняли его жизнь несмотря ни на что и именно из-за остатков этой благодарности он всё это время и не думал о вторжении в родные земли. Он не хотел идти войной на Гунмэнь, не хотел убивать тех, кто дал ему жизнь. Пусть лучше старики умрут сами по себе, от старости, думал он, а не увидят, как их сын топит страну в крови, творя революцию.