— Тигрица! Сзади! — в ужасе заорал Журавль, застывший высоко в небе.
Увидев эту дымящуюся штуку с высоты птичьего полёта, он, видимо, понял её предназначение и сразу же рванул к Тигрице.
Тигрица резко обернулась на крик, её янтарные глаза в шоке расширились, но расстояние было слишком коротким – уклониться она уже никак не успевала, а Журавль лишь рисковал сам попасть под удар этой неведомой штуки, потому что времени, чтобы подхватить и вытянуть подругу из зоны поражения, у него физически не было.
Я даже не думал – времени на мысли просто не осталось. Мозг будто полностью отключился, оставив только голые, вбитые тренировками инстинкты и непреодолимое желание защитить своих друзей.
Я сорвался с места, оттолкнулся от земли и в отчаянном прыжке бросился наперерез этой «пушке», заслоняя собой остолбеневших Тигрицу и Журавля ровно в тот самый момент, когда из металлической пасти дракона с чудовищным рёвом вырвался ослепительно яркий столб красновато-белого пламени.
ГРОХОТ.
Император Сюэ Лонг:
Звук был настолько громкий, что у меня мгновенно заложило уши, показалось, что сама земля под ногами не просто задрожала, а раскололась пополам.
«Железная Рубаха – базовый приём Ци, который относится к типу усиляемых. Это значит, что чем больше у тебя Ци, чем оно мощнее, тем сильнее и плотнее работает техника, потому даже сильные мастера могут использовать его в самый опасный момент…»
Отчего-то именно в эту долю секунды мне вспомнилась одна из лекций мастера Тай Лунга и я в панике сконцентрировался на уже активированной технике, направляя всю свою жизненную энергию, весь свой страх и всю волю в грудь и живот.
Я хотел ещё и глаза зажмурить, чтобы не было так страшно встречать летящую смерть, но мастер Тай Лунг на спаррингах постоянно повторял мне, сопровождая слова болезненными тычками:
«Держи глаза открытыми, панда! Всегда смотри на противника! Иначе он воспользуется твоей минутной слабостью и атакует именно тогда, когда ты ослепишь сам себя!»
Я заставил себя смотреть и увидел, как раскалённое докрасна металлическое ядро прошивает воздух и врезается прямо в меня на полном ходу.
Удар был чудовищным – воздух из моих лёгких выбило с жалким свистом, в глазах вспыхнули белые звёзды, а самого меня с неимоверной силой оторвало от земли и швырнуло вдаль, как тряпичную куклу.
Я спиной пролетел сквозь хлипкий деревянный навес какой-то лавки, разнеся его в щепки, затем с оглушительным треском пробил собой толстую кирпичную стену дома, снёс по пути пару массивных опорных столбов и, пропахав своей несчастной спиной глубокую, длинную борозду во влажной земле, наконец-то остановился, зарывшись в грязь.