Если первые пару человек, показавшиеся мне нормальными мужиками, просто заводили знакомство, ни к чему не обязывая, то «Высшие» уже пытались мне сосватать кого-то из своих младших дочерей или даже нанять меня в свою личную охрану, а подходящие после них… Либо пытались выслужиться, либо посплетничать, либо – от чего я вообще охренел – хотели за мой счёт самоутвердиться!

Благо, одного моего взгляда на Лин-Лин хватило, чтобы она куда-то ушла, кивнув на прощание, а через минуту к очередному идиоту подскочили Тени и куда-то его отвели, стараясь не привлекать внимание. Вернувшаяся же лисичка победно показала мне большой палец и гордо задрала подбородок, мол: «смотри, какая я полезная».

Я честно пытался терпеть этот цирк ещё минут двадцать, но, когда ко мне подошёл третий расфуфыренный идиот – на этот раз с родословной макаки и попытался завести светскую беседу о погоде на юге, намекая, что у него там и живётся хорошо, и девушек красивых много, и как раз главы охраны его роду не хватает… мои нервы окончательно сдали.

Я перехватил взгляд Цин Лянь, которая тоже выглядела так, словно готова оторвать как минимум руки некоторым идиотам, и мотнул головой в сторону выхода.

Мы чуть ли не с боем вырвались из главного зала и оказались в длинном прохладном коридоре, выходящем на просторный балкон с видом на императорский сад. Там мы и спрятались от высокородных идиотов.

Оказавшись наконец в тишине, Цин прислонилась спиной к каменной балюстраде и шумно выдохнула, словно сбросив с себя тяжёлый груз. Маска улыбчивой аристократичной принцессы стекла с её лица, оставив просто уставшую, измотанную девушку.

— Как же я ненавижу это всё, — пробормотала дракоша, массируя виски. — Эти раздевающие взгляды, фальшивые улыбки… Будто каждый смотрит на меня как на товар или какую-то драгоценную безделушку.

— Добро пожаловать в высший свет, — усмехаюсь я, тоже облокачиваясь на перила рядом с ней. — Чего-то такого я и ожидал, если честно, но вышло даже хуже, чем я думал. Может, конечно, они не всегда такие, повод сегодня и правда очень значимый, но в Долине Мира всё равно всё как-то честнее, да?

— Намного, — она грустно улыбнулась, глядя на цветущие вишни. — Знаешь… Я ведь почти не помню детства. — Девушка замолчала, словно не решаясь продолжить. Я не перебивал, просто стоял рядом, давая ей возможность выговориться. Уверен, что ей именно это сейчас и необходимо. — Я помню постоянный страх, — наконец продолжила Гадюка дрогнувшим голосом. — Отец скрывал меня даже от слуг, я не могла гулять, не могла играть с детьми. Мне часто говорили, что я последняя надежда рода, и что их рано или поздно раскроют, а потому я должна скрываться… — Она обхватила себя руками за плечи, будто ей стало холодно. — А потом… Потом они отдали меня в Нефритовый Дворец. — По щеке девушки скользнула одинокая слеза. — Отец сделал это ради моей безопасности, никто не стал бы искать наследницу Безумных Драконов под крылом самого мастера Угвэя, — она всхлипнула. — Сейчас я понимаю это и очень благодарна им, именно в Нефритовом Дворце я наконец начала жить, а не существовать в постоянном страхе, именно там я обрела новую семью, но тогда… для маленькой девочки это был настоящий кошмар. Я думала, что родители бросили меня, предали. Я так безумно скучала по ним все эти годы, поначалу часто плакала по ночам в подушку, пока Тигрица не начала учить меня «быть сильной». Сам знаешь, какие у нас тонкие стены…