— Воспоминания?.. — почти теряя сознание от боли, переспросил я. — Я… хочу понять, что со мной не так!

— Да, Воин Дракона. — Бабушка достала из рукава длинную серебряную иглу и невероятно быстрым движением воткнула её мне в грудь, рядом с сердцем. Боль тут же начала утихать, сменяясь странным оцепенением. — Твоё прошлое никогда не покидало тебя, — тихо добавила она в конце.

— Кто вы?.. — тяжело выдохнул я.

— Моё имя давно ничего не значит, — покачала головой старушка, поправляя очки. — Зови меня Вещуньей. Ибо это – мой дар… и моё проклятие. — Она продолжала что-то говорить, но я уже почти не слышал её. Обрывки образов кружились в голове, не желая складываться в единую картину. — Вижу, тебе сложно принять своё прошлое. Хочешь ли ты узнать его, Воин?

— Да! — выкрикнул я, чувствуя, как воспоминания начинают ускользать. — Я хочу вспомнить!

— Нет, По. Для начала ты должен принять.

— Что принять?..

— Себя.

После этих слов Вещунья молниеносно вонзила ещё одну иглу мне прямо в лоб.

Мир перед глазами мигнул, расплылся… И я провалился в спасительную, но пугающую темноту.

На этот раз сознание возвращалось иначе.

Казалось, будто падаю в бесконечный колодец, а вокруг меня кружатся воспоминания.

Теперь они складывались в цельную картину.

Я помню!

Помню, как был совсем маленьким. Крошечным медвежонком, играющим среди других панд.

Помню смех.

Тёплый снег.

Солнечный свет.

А потом небо окрасилось кровью.

На нас напали.

Я помню огонь, лязг стали, крики боли и горящие дома.

И солдат с арбалетами, ведомых белым павлином, шагающим среди языков пламени.

Шэнь!

Это был он.

Я вспомнил своего отца, родного отца.

Огромного, сильного мужчину, схватившего тяжёлый молот. Он остался прикрывать остальных, отбиваясь от десятков врагов в пылающей деревне.

Я помню маму.

Она прижимала меня к груди и бежала через заснеженный лес. Солдаты нагоняли нас. Она тяжело дышала, а по её щекам текли слёзы.

Тогда мама поняла, что с ребёнком на руках ей не уйти и совсем скоро нас обоих догонят.

Я помню, как она осторожно спрятала меня куда-то, как посмотрела в последний раз – с такой любовью, что даже сейчас у меня сжалось сердце, как поцеловала меня в лоб, а затем развернулась и побежала в другую сторону, нарочно ломая ветки и привлекая преследователей к себе.

Я открыл глаза.

По щекам текли слёзы, но боли больше не было, только пустота… медленно заполняющаяся принятием.

Я не понимал, как вообще смог вспомнить события, произошедшие почти двадцать лет назад, как простой младенец мог сохранить в памяти лица, звуки, запах дыма…

Но сейчас это уже не имело значения.