Та, опустив подбородок, ударила себя кулаком в грудь: клятва принята.

— Теперь я слушаю… — нетерпеливо изрекла матрона.

— Согласно уговору, я должна показать, — решила не рисковать Эрминия. — И я покажу.

* * *

Немного погодя воительницы из клана «Сов» толпились у соседствующего с амбаром дома, выкапывая из снега стоявшие у стены бочки. Девять штук. За них можно было легко купить стадо оленей или выторговать оружия на целый отряд. Однако, в мудрых руках, фалвар открывал куда более интересные возможности. К примеру, всего одной кружкой можно было сжечь дотла самый заснеженный дом, а бочкой — подорвать ворота крепости. Ценность ресурса определялась исключительно изобретательностью обладателя.

— Сила. Коварство. Храбрость, — неспешно объезжая по кругу странников, Ингрид смотрела на златовласую. — Как твоё имя?

— Эрминия Белая Тигрица, — подняла глаза та.

Матрона натянула поводья и многозначительно изрекла:

— Дороги севера непостижимы. Равно как и глубины чужой души. Если твоё сердце возжаждет свободы, а меч — крови, тебе найдётся место под совиным крылом.

— Буду иметь в виду, — слукавила Эрминия.

— Туши и фалвар погружены, — донеслось со стороны саней.

— Крайнюю упряжку оставьте здесь, — скомандовала Ингрид и выслала лося вперёд. — Возвращаемся.

Через минуту клан «Сов» превратился в тёмную линию на снежной целине. Всё время, пока он отдалялся, Эрминия ощущала взгляд Кайлор, скорее всего, посчитавшей их лярвами, злыми духами из загробного мира. Настрой она предводительницу против — вместо переговоров можно было получить дождь из стрел.

— Как тебе удалось? — спросил Рэксволд, когда воительницы скрылись за холмом.

— Повезло… — Эрминия покосилась на спутников.

— Ну уж не прибедняйся, — улыбнулся Джон. — Сути разговора я не понял, но по игре эмоций догадываюсь, что был он не из простых.

— Особенно когда старая вдруг завопила, — подметил ассасин. — Чуть новые штаны не испортил.

— Признаться, я тоже испугалась, — неловко промолвила Лайла. — В начале от неожиданности, а потом приняв возглас за приказ атаковать.

В конце деревни раздался грохот: сложился горящий дом.

— Всё, прощай, чёрная броня, — повернулся на шум Рэксволд. — А я надеялся захватить тебя с собой, — он смотрел на вздымавшийся над пожаром сноп искр. — Эх, столько всего оставили. Да я даже пожрать толком не успел.

— Дык не ты один… — усмехнулся следопыт.

— Пожрёте на привале. Если оленины из амбара притащите, — накинув капюшон, Эрминия направилась к саням.

— Завтрак — зола, обед — ледышка. Н-да. Что ж, почапали, наколем оковалков, — ассасин побрёл к строению, приоткрытые ворота которого были исполосованы глубокими царапинами.