— Наверное, вы правы… — Лайла переводила растерянный взгляд между спутниками. — Выходит, каждый портал — пять связанных между собой камней. Об этом в книгах упомянуть забыли. Уму непостижимо. Девятнадцать порталов. Девяносто пять синклитовых столпов. Поэтому от одного нас притянуло к смежному большинству, четырём валунам, которые зациклены сами на себе. И даже будь их пять, скорее всего, мы не нашли бы места для телепортации. Ведь по словам летописцев все порталы разрушены. О небеса, что же я натворила… — отражая настроение, в ухо грустно заурчал мефит.

— Кто ж знал… Эх… — следопыт посмотрел на Шойсу, который стучал костяшками пальцев по изборождённому рунами валуну.

— На дворе кол, на колу мочало, начинай опять с начала… Без упряжек. Без припасов. Уставшие. В тылу врага… Н-да. Я так и не извинился, Джон. По-моему, сейчас самое время.

— Придержи болтовню на потом, — Эрминия указала рукой на башни. — Видите те огни? Мы в фалваровом городе, по слухам, жутко здоровенном. Здесь дозорных должно быть больше, чем иголок на еже. Но нас до сих пор не засекли. Значит, что-то не ладно. Собрались, стиснули зубы и вперёд. До прихода зари мы лишь тени в закоулках. А с рассветом растворимся в толпе.

* * *

Арену окольцовывала дорога, где изо дня в день велась бурная торговля. Здесь продавались рабы для побоищ и меченые копья, которые иногда дозволялось кидать с трибун. Право приобщиться к развлечению, а заодно и продемонстрировать публике свою меткость, стоило дороже рабов. Так на прошлой неделе Оддгур Чистый Глаз всадил копьё в спину прилипшего к валуну бедолаги, что пытался спрятаться от разъярённого медведя…

Ночью же дорога пустовала. Искрилась в свете трёх сторожевых башен. Изредка по ней прогуливалась стража. Распахивала сапогами наглаженное ветром белое полотно. Сделав круг, она обычно сворачивала и терялась средь сотен пирамидообразных домов. Вот и сейчас с крупным волкособом на цепи пара варваров неторопливо огибала длинную стену.

— Кто ж не любит «Сов», — ухмылка осталась под кожаной маской, с навечно застывшим оскалом из грубых складок и стальных клыков. — Бабье войско. Что не солдат — чехол для члена. Горячий чехол, злобный. Не эти зашуганные из дальних селений. Когда я ходил в отряде Хугерта, мы однажды «сову» отловили. Разведчицу. Впятером вытрахали. У неё, наверное, горело всё от копчика до пупка. А потом решили отрезать сучке грудь. Как она орала… Правда, совсем не по-совиному, — из мелких дырок по бокам маски выбрался молодецкий смех. — Давай к нам, Гордак. У нас всегда весело, — Бьёрнорд отогнул капюшон, чтобы лучше видеть напарника.