Но тут размышления командующего были прерваны.
— Господин адмирал, за «Рюриком» открылись еще корабли противника…
— Это, скорее всего, Грамматчиков. По-видимому, там кружит, чтобы транспорта свои прикрыть.
— Никак нет, господин адмирал. Два четырехтрубных. Головным, судя по всему, идет «Баян», а за ним «Варяг». И малый, типа «Новика»…
— Спасибо, лейтенант…
Господа офицеры, прошу всех в рубку. Начинается второй акт. Теперь он будет еще интереснее, к нам на огонек заглянули два старых знакомых… — быстро проговорил Того, пропуская впереди себя флаг-офицера и командира корабля.
«Так, если это Рейценштейн… А это Рейценштейн, о выходе которого у меня нет пока никакой информации, следовательно возможно пришествие и других нежданных гостей… Предположим, что так и будет. И вскоре сюда пожалует Макаров с шестью новейшими и не поврежденными линкорами»…
Того, уже войдя в боевую рубку, вдруг остановился, постоял секунды две и со словами «я сейчас, господа» вновь вышел на мостик. Каким-то неприятным, липким холодком повеяло вдруг в душе:
Ловушка? Или что? Случайность… Нет. Конечно ловушка. Какие случайности на войне… И значит, надо немедленно выходить из боя. И отходить… Бежать⁈ Ведь Макаров сейчас уже быстроходнее меня узла на полтора. Не добить эти два подставившихся броненосных крейсера и бросить не только «Фусо» но и «Адзуму», которая никак не может оправиться и уже не поспевает за нами…
Этот расклад, даже после подхода наших подкреплений, не сулит в будущем ничего хорошего. Особенно после того, как к Макарову придут два новых броненосца с Балтики. Да и снабжение для Артура и армии они сейчас доставят.
Или не задерживаясь по дуге: сначала рубануть два этих броненосных крейсера, потом, разогнав мелочь, правым бортом транспорта с гвардейцами: сколько сможем на проходе перебить и покалечить, столько и сможем. Далее по обстановке: «пересветы» и Чухнин. Выбрать наиболее поврежденных и постараться утопить. Кстати, нужно приказать нашим истребителям начать их искать, а после добить, кого смогут…
Затем до темноты полным ходом идем на юг. Ночью оторваться, а дальше… Дальше решим, что дальше. Можно и у англичан отбункероваться.
Ну: или — или. Определяться мне нужно прямо сейчас!
28 декабря 1904 года. Желтое море.
Контр-адмирал Иван Константинович Григорович был раздосадован как ходом боя, так и своей в нем ролью. И для этого у него были, казалось бы, довольно веские основания. Хотя он начинал сражение младшим флагманом отряда из пяти броненосцев, а сейчас под его командованием находились уже шесть, оптимизма это не добавляло. По сути, после смертельного ранения Григория Павловича Чухнина, он теперь стал адмиралом «инвалидной команды» российского линейного флота.