Командующий Соединенным флотом не ожидал от русских столь наглого, и главное, опасного маневрирования. Вот и сейчас он отметил, как резко три русских броненосных крейсера — «Громобой», «Память Корейца» и «Витязь» увеличили ход до максимума и склонились на зюйд, похоже намереваясь охватить последнего в колонне первого боевого отряда «Токиву», или обрушиться на «Асахи», по которому и так сейчас пристреливалась пара русских броненосцев.

Но нет. Похоже этот Руднев затевает другое… Того интуитивно почувствовал, что истинной целью трех вражеских броненосных крейсеров был поврежденный «Фусо» с Камимурой на борту, который должен был отстать от колонны главных сил примерно через четверть часа, если та увеличит ход.

Если же ход не увеличивать, и попытаться «Фусо» прикрыть, то тогда еще во время нашего перестроения на недопустимо близкую дистанцию подойдут со своими бронебойными снарядами все восемь русских броненосцев и три броненосных крейсера. А нет, может и все пять — «Россия», справившись, похоже, с повреждениями, медленно но верно склонялась в сторону русского строя под прикрытием «Рюрика». Она еще вовсю дымилась минимум в трех местах, и не очень твердо держалась на курсе, но явно намеревалась продолжить бой.

А тут еще бронепалубные крейсера, сведенные в три отряда, но так и не прорвавшиеся к русским транспортам, которые усиленно дымят на юго-западе, в очередной раз запрашивают дальнейшие инструкции!

Японский командующий тяжело вздохнул, мысленно обратился за помощью к Оми Ками, и начал отдавать приказания приводя в порядок свою линию. На контркурсах, так на контркурсах… Посмотрим, как они поступят после контргалсовой стрельбы, сразу ли развернутся. Если проскочат, хотя бы две — три мили, то тогда транспорты наши. Разодрать не проходе старика «Рюрика» и «хромую» «Россию», затем утопить трампы, разобраться с подранками у Небогатова и Григоровича, если мы сейчас кого-нибудь подобьем, и сразу же отходить на Сасебо. Возможно ради этого придется даже отдать им на съедение «Фусо».

— Ямамото, сигнал Камимуре на «Фусо» — «Приказываю немедленно перенести флаг на "Конго»! — он ближе всего к нему, и похоже, практически не поврежден. Нашему отряду — при расхождении и до моего приказа первая пара — цель «Победа», вторая пара — цель «Ослябя», третья пара — цель «Пересвет». На «Ивате», «Идзумо», «Якумо» и «Адзуму»: вступить в линию впереди первого отряда. Делать координат каждые три минуты! Не давать русским пристреляться по себе…

К удивлению Петровича неизбежная сумятица, просто обязанная возникнуть при проходе слабоуправляемого «Фусо» сквозь линию броненосцев Того, и метанием следовавшего в кильватере за раненым кораблем «Конго» [5] кончилась не начавшись. Повинуясь сигналам Того головной отряд броненосных крейсеров Камимуры несколько изменил курс, и принял в кильватер его колонну. Единственным бонусом русских стало створивание на несколько минут японских отрядов, и падение точности их стрельбы из за резких смен курса.