— Почему нет? Могу про нее что-то знать. Вещь непростая, такие в никуда не пропадают.

— Ну и?

Ведьма посмотрела на него, на меня, после глянула на темнеющее небо и, вздохнув, сообщила нам:

— От уже и к ночи дело идет. Как же быстро время бежит — не поймаешь. И ведь ничего не успеваешь из того, что себе напланировала. Хотя, конечно, не только во времени дело. Иную задумку и рада бы в жизнь воплотить, так чего-то не хватает постоянно. То одного, то другого.

— Ясно. — Я где-то даже обрадовался, что разговор перешел в корыстную плоскость, это хоть какая-то, но почва под ногами. Увы и ах, но старая ведьма, конечно, переигрывала меня по всем показателям. С другой стороны, это не очень и обидно. Опыт всегда и везде рулит — таков один из законов бытия, — а его у Марфы ого-го сколько, особенно вот в таких вопросах. Она одна из самых зубастых щук в московском ночном водоеме, и я против нее пока малек. — Так если мое содействие поможет вам реализовать какое-то намеченное, но пока незавершенное дело, то можете на меня рассчитывать. Но, разумеется, в рамках разумного, без смертоубийств и противостояния с государством.

Марфа молча меня выслушала, после перевела взгляд на Валеру и улыбнулась.

Он вытер рот льняной салфеткой, вздохнул и сказал:

— Ладно, идет. Если ты нам реально поможешь, то я принимаю долг Сашки на себя. Но у меня тоже есть условия.

— Излагай.

Я было хотел влезть в их беседу, но Валера подал мне знак, что, мол, молчи.

— Давай на этот раз обойдемся без перебегания чужих дорог, ладно? — задушевно обратился он к ведьме. — Не втравливай меня в свои разборки с кем-то. Неважно кем — вурдалаками, полуденницами, лешими… Вот при свидетеле тебе клянусь, Марфа Петровна: если такое еще раз случится, то я тебе слова больше в этой жизни не скажу. Договор?

— Договор, — неохотно произнесла ведьма и добавила: — Пять.

— Два, — тут же ответил Валера.

— Пять!

— Сейчас один будет. Ты меня знаешь, у меня характер говно.

— Ладно, три, — пошла на попятный хозяйка дома.

— Но простых и рядом с Москвой, — согласился Швецов. — Моя доля сорок процентов, что брать, выбираю сам и имею право отказаться от работы без объяснения причин. Разумеется, с сохранением обязательства перед тобой.

— Сорок процентов? — возмутилась ведьма. — Двадцать же было в прошлый раз?

— Тогда я помогал доброй, милой и некорыстной женщине, которая всегда ближнему своему на помощь придет, — пояснил Валера. — Как с такой много взять? А сейчас совсем другой коленкор. Сейчас ты, пользуясь нашим непростым положением, показываешь себя не с лучшей стороны и загибаешь цену до потолка. Потому — сорок.