Однако аппетит мне слегка подпортил дворецкий, который крался мимо двери, словно воришка.

— Григорий, иди сюда, — махнул я ему рукой, не отрываясь от еды.

Старик вздрогнул, но подчинился. Он выглядел унылым, а в глазах читалась скорбь, будто умер кто-то близкий. Ну, в каком-то смысле так и было, его «ласточка» отправилась на тот свет.

— Всё ещё страдаешь? — спросил я, прихлёбывая суп.

Мужчина тяжело вздохнул.

— Господин барон, это же была машина… не просто машина, а история!

— Историю можно переписать. — пожал я плечами. — Восстановим мы твою «ласточку», не переживай. Даже лучше прежнего сделаем.

Он посмотрел на меня с подозрением, явно не зная, стоит ли мне верить.

— Лучше прежнего?

— Естественно, — я ухмыльнулся. — Может, даже артефактами усилим. Представь: колёса не пробиваются, двигатель не ломается, а на борту самозаряжающийся холодильник с пивом.

Григорий моргнул, обдумывая мои слова, а затем неожиданно усмехнулся.

— Если так, тогда я, пожалуй, переживу её временную потерю.

— Вот и славно, — я хлопнул его по плечу. — Садись за стол, не стой столбом. А то еда остынет.

Он вздохнул, но подчинился, а я, удовлетворённый, продолжил трапезу. Восстанавливать старую развалину мне, конечно, было лень, но если это поднимет боевой дух дворецкого, почему бы и нет?

— Скажи-ка мне, — продолжил я, как только дворецкий занял место напротив, — что за деревенька числиться на моих землях?

— Морозовка. — ответил он, не притрагиваясь к еде. — Только кому она теперь нужна? Молодёжь вся разъехалась, остались одни старики да несколько упрямцев, что не захотели бросать землю. Живут, как могут, своим хозяйством.

Я отломил ломоть хлеба, задумчиво жуя толстый кусок мяса.

— А староста кто?

— Семён Петрович. Лет под семьдесят ему, если не больше. Раньше кузнецом был, но с возрастом руки уже не те… Теперь за порядком в деревне следит, да вот только порядку-то там уже немного.

Григорий помолчал, потом с сомнением посмотрел на меня:

— А вам это зачем, барон? Земля-то глухая, денег на ней не нажить.

Я ухмыльнулся.

— Да вот захотелось посмотреть, что мне там досталось по наследству. Глядишь, найду, чем себя развлечь.

Дворецкий вздохнул и покачал головой, но спорить не стал. Видимо, он уже начал привыкать к моим внезапным решениям.

Настасья, стоявшая у плиты, обернулась и осторожно предложила:

— Может, вам еды с собой собрать? Там, говорят, трактир давно закрылся.

Я кивнул.

— Лишним точно не будет. С утра выезжаем, так что приготовь, что сможешь.

Настасья молча кивнула и принялась за дело. Я доел ужин, потянулся и хлопнул Григория по плечу.