— Ты почему тут? — спросила она дрожащим голосом.

— Да что-то не спалось, — признался я. — Меня дичайше прёт от того, что я врубился, как коптер работает! Лёг, а в голове схемы крутятся, никак не могу расслабиться. Плюнул, спустился, ковыряюсь тут. Чем дальше разбираюсь, тем прикольнее, никогда ещё так глубоко не врубался в технику! Но ты не сказала, кто тебя до слез довёл?

— Ты.

— Я? Но…

— То есть я.

— Совсем запутался, — я присел на закраину люка и вытащил из сумки банку газировки. — Будешь?

— Ага. Буду. Надо пополнить запас жидкости, а то я, наверное, полведра выплакала…

Козя грустно улыбнулась и взяла банку, щёлкнула крышка, зашипел газ.

— Рассказывай, дро.

— Я дура.

— Ну… не знаю, что и сказать на такое. Как по мне, нет, но ты всё же поясни мысль.

Девчонка села рядом и прислонилась ко мне плечом.

— Я пришла к тебе в комнату, а тебя нет.

— Ну да, не могу же я быть в двух местах сразу. Раз я есть тут, то меня нет там. Логично.

— Но я не знала, что ты тут!

— Для этого придуманы коммы, дро!

— Я знаю. Я же не дура!

— Разве? А только что говорила…

— Прекрати! — она сердито пихнула меня бедром и всхлипнула. — И так стыдно!

— За что?

— Я решила, что раз тебя нет, то ты у Шони! И что вы там…

— Трахаемся?

— Ну да! А что я ещё могла подумать? Ты же к ней постоянно в спальню таскался!

— Без комментариев.

— Конечно, вы делаете вид, что ничего такого, но все и так знают. Рыжая прям в тебя вцепилась. Не, я её понимаю, как никто, но, Креонова перхоть… Обидно!

— А рыдала-то чего?

— А ты, типа, не понимаешь?

— А ты, типа, объясни.

— Ну… мы… с тобой… Я же говорю, дура! Забудь!

— Ты мне дро или нет?

— Я «дро, с которой ты трахался», — фыркнула Козя.

— В этом, что ли, дело?

— Ну да, я с чего-то решила, что у нас… ну… что-то есть. Кроме траха. А потом раз — и ты опять у Шони в койке! Ты не обещал, ни на что не намекал, ты меня в постель не тащил, я сама всё решила, но когда поняла, какая была дура, то меня вдруг так скрутило! Не удивляйся потом, что у тебя подушка мокрая, это я её насквозь проревела. Лежала у тебя в кровати, вдыхала твой запах и поливала постель слезами. Как дура. Типа тебе на меня плевать, и всем на меня плевать, и я уродина противная, ты там Шоню красивую трахаешь и смеёшься надо мной. Вы вдвоём смеётесь! Ты ей рассказываешь, а она хохочет: «Экая дурочка эта Козя! Вообразила, что может тебя у меня отбить!»

— Козябозя.

— Да, я дурочка! Я уродина! Но мне оби-и-идно! — и снова залилась слезами.

— Козя, — я обнял девчонку за содрогающиеся плечи.

— Чего?

— Я ведь не у Шони.

— А, ну да. Я забыла.

Она издала хлюпающий звук, средний между плачем и смехом, вышло так забавно, что мы оба заржали.