— Эйдан, — первой меня заметила мама. — Освободился?

— На сегодня всё.

— Сейчас слуги накроют стол. Поужинаем.

— Не стоит, — сказал я. — Я не голоден.

— Это сюда не ставить, — отвлеклась она на какого-то слугу, несущего вазу. — Отнести в гостиную.

— Да, госпожа.

Мама ушла в другую комнату вслед за ним, и Азара, подойдя ближе, чмокнула меня в щёку.

— Ну как у вас дела? — поинтересовался я.

— Хорошо, — ответила она и вдруг серьёзно добавила: — Надо поговорить.

— Что-то случилось?

— Пойдём наверх.

Мы поднялись в нашу спальню на втором этаже, и я, закрыв за собой дверь, спросил:

— О чём ты хотела поговорить?

— Об этом, — сказала Азара, схватив со стола какую-то книгу.

Присмотревшись, я неожиданно понял, что это была моя книжка — та самая, в которой я когда-то писал всё, что знал о медицине.

— Где ты её нашла?

— Она лежала в мешке, — ответила Азара. — С вещами, что успели вывезти твои слуги. Прости, что заглянула без спроса.

— Ничего страшного.

— Я узнала твой почерк, — вдруг сказала она. — Что это за записи?

«Там же почти всё на русском языке…» — вспомнил я и ответил:

— Обычные заметки.

— Почему я не поняла ни слова?

— Это мой шифр, — осторожно произнёс я. — Просто кое-что личное.

— Я знаю ултойский, зувийский и вотрийский, — сказала она. — Я видела письменности вампиров и эльфов, я держала в руках книги из всех королевств. В конце концов, я изучаю магические письмена, Эйдан.

— К чему ты клонишь?

— Я могу разглядеть закономерности. Не говори мне, что ты способен придумать новый язык.

— Азара, ты преувеличиваешь.

— Тем более ради «обычных заметок»… — покачала головой она. — Я не поверю в это.

— Послушай…

— Ты единственный живой мракотворец-маг, ты придумал оружие, которое никогда прежде не использовали на Антумне. — Азара бросила книжку на стол, обхватила себя за плечи и напряжённо посмотрела на меня, словно чего-то испугалась. — А теперь ещё и это… Что ты скрываешь, Эйдан?

— Я же сказал…

— Прошу, не надо лгать, — промолвила она. — Мы поклялись друг другу в верности, поклялись защищать друг друга, поклялись…

— Знаю, Азара, — вздохнув, мягко перебил её я. — Знаю.

— Я слышала о пророках, чьими устами говорят боги. Если они замешаны в этом…

— Всё гораздо проще и сложнее одновременно.

Азара пытливо уставилась на меня, и я коротко бросил:

— Я помню свою прошлую жизнь.

Она несколько мгновений обдумывала эти слова, а затем её брови поползли вверх:

— Ты хочешь сказать…

— Да, — кивнул я. — Именно это я и хочу сказать, Азара.

— Как?..

— У меня нет точных ответов, — произнёс я. — Отец так и не рассказал мне всей правды… Знаю лишь, что сразу после рождения меня настигла болезнь. Видимо, во мне боролись Мрак и магия, а тот странствующий тёмный эльф, о котором я тебе когда-то рассказывал, спас меня. Я до сих пор помню, как после смерти моя душа летела в потоке.