— Белор! Эйдан!
Мы с Белором переглянулись. Через несколько секунд она заглянула в сарай и, увидев нас, укоризненно цокнула языком:
— Так я и знала, что найду вас здесь. Белор, ты забыл, что говорил папа?
— Пожалуйста, не начинай…
— Мы всего лишь рисуем, — улыбнулся я, показывая пергамент.
— Идите завтракать, вас заждались.
— Ладно… Доделаем всё потом.
Белор с энтузиазмом воспринял «мою» идею и признал её отличной находкой. Он пообещал, что к моменту моего возращения кузнец соорудит несколько металлических трубок по нарисованной схеме.
Попрощавшись со всеми, я отправился в обратный путь в сопровождении трёх крепких и надёжных солдат. Мы довольно быстро добрались до столицы, где я встретился с Аваролом. Рассказав ему о дальнейших планах и достигнутых договорённостях, я направился прямиком в лагерь у границы.
Мама встретила меня с нескрываемой радостью и облегчением. Было видно, как сильно она волновалась в моё отсутствие, несмотря на все заверения. Я решил сразу поделиться с ней радостной новостью и рассказал о помолвке. Она слушала с нарастающим изумлением.
— Свадьба? — переспросила она. — Так скоро?
— Сам не ожидал, — усмехнулся я. — Но, видно, звёзды сошлись.
Её губ коснулась тёплая улыбка.
— Это прекрасные новости, сынок, — прошептала она, целуя меня в обе щеки. — Твой отец был бы счастлив.
— Знаю, мам, — тихо согласился я.
Нужно было подготовить людей к переселению, собрать нехитрый скарб и переговорить с вотрийскими командирами. Впереди нас ждал путь длиной в несколько недель — я лично хотел проследить за тем, как мои люди дойдут до Лунных холмов в целости и сохранности.
Запасы еды, которые мы несли с собой, довольно быстро истощились, но, к счастью, вопрос с продовольствием решали королевские снабженцы. Двигались мы медленно, учитывая, что большинство людей шло пешком. Среди нас были старики, женщины и дети, которые с трудом преодолевали длинные переходы. Несмотря на все тяготы пути, мы с каждым днём неумолимо продвигались к цели. Когда на тракте показалась табличка с надписью «Лунные холмы», я вздохнул с облегчением.
Сначала Холлен предложил выделить беженцам отдельную свободную территорию, где они могли бы осесть и начать новую жизнь, но в конечном итоге мы решили равномерно распределить всех по остальным селениям: во-первых, им надо было ассимилироваться, а во-вторых, если когда-нибудь они смогут вернуться в Волноломные земли, то не появятся огромные бесхозные деревни. Так потихоньку мои люди оседали в разных местах — чем дольше мы шли, тем меньше нас становилось. Когда мы, наконец, добрались до Вестралена, нас осталось не больше двух тысяч.