— Пошёл вон, смерд, — нежным голосом, но высокомерно отвечает Анжела. — Не смей прикасаться ко мне без дозволения.

— О, ваша милость! — весельчак под всеобщее веселье, начинает исполнять сложный ритуальный подход к высочайшей особе. — Я всего лишь хочу услужить, чтобы вы не касались своими божественными пальчиками этих грубых ботинок…

Тут же вспоминается детство с нашей королевой Катей. Так понимаю, что скоро к Анжеле начнут обращаться «ваше сиятельство», а там и до высочества недалеко. Видать, придурки всех стран объединяются и мыслят похоже. И-е-х, молодёжь!

14 августа, суббота, время 10:20.

Байконур, МИК «Вимана» (бывший МИК ОК «Буран»).

Этот корпус для загрузки «Виманы», пора отправлять на орбиту сладкую парочку с экипажем, стыковать их и разворачивать площадку для строительства станции. Пора, давно пора, но, как всегда, многое не готово. Ну ладно, не многое. Однако мелочей хватает. Хорошо, хоть проект в целом утрясён.

Возвращаюсь из главного зала, где загружают грузовой отсек. Непростое, между прочим, дело. Искусство размещения и при необходимости закрепления грузов так и остаётся искусством. Опытный человек на глаз так всё расположит, что центр тяжести сдвинется не больше чем на миллиметр от главной оси.

Одна из серьёзнейших фишек площадки — шлюзовой комплекс. По принципу «одно тянет за собой другое», пришлось конструировать его огромным. Почти сто метров длиной и девять метров в поперечнике. То самое «другое», которое потянулось за необходимостью принимать целиком «Симаргл», длина которого почти шестьдесят метров. С носовым шпилем уже не почти, а более.

У шлюзовой камеры ворота должны открываться внутрь. Тоже давняя традиция космонавтики, имеющая большие резоны. И одностворчатый люк лучше двустворчатых дверей любой конструкции. Из тех же соображений лучшей герметизации. То ли замкнуть вход только по периметру, то ли ещё стыковать створки. Протяжённость стыкуемых краёв увеличивается, что не есть хорошо.

Но как доставить на орбиту цельный и жёсткий люк диаметром в девять метров, когда диаметр (внешний) «Симаргла» всего семь? Ответ понятный: никак. Значит, он должен быть нежёстким или не цельным. Сделать его гибким, чтобы можно было свернуть? Можно. Но это геморройно. При сравнении двух минусов — гибкости и разбивки на две части, выиграло второе, как меньший минус.

Тем более что у одностворчатого люка есть ещё один недостаток. После приёма в шлюз корабля его надо обязательно отодвинуть дальше девяти метров. А чем меньше таких жёстких условий, тем лучше.

Существует или существовала — поглядим по результату — проблема втягивания корабля в шлюз. Подведение к воротам трудностей не представляет. Стыковка — сложная задача, но её давно научились решать. При том, что конструкция стыковочных узлов требует филигранной точности исполнения манёвра. Если не до миллиметров, то до сантиметров точно. Нашей же шлюзовой камере подобный педантизм ни к чему. Плюс-минус полметра, при таких допусках мастерство потребуется, чтобы промахнуться, ха-ха.