Уходим из терминала, когда самолёт растворяется в небе.
— Вы долго ещё тут будете, Дмитрий Родионович?
— Не больше недели, наверное… — тон не очень уверенный.
— Нам можно улетать?
— А договор с казахами кто будет подписывать? Это ведь вы кредит взяли, а не мы.
Завожу глаза вверх, но невольно любуюсь видом аэропорта изнутри. Красота его оформления примиряет с жестокой действительностью.
30 апреля, вторник, время 13:10.
МГУ, ВШУИ, кабинет Колчина.
Оглядываю собравшихся. Здесь все, кроме Марка. Тот сегодня рано утром умотал с двумя помощниками, доверенностью от меня и прочими правоустанавливающими — ни к чему это слово, но уж больно мне нравится — документами в Омск. Зато новый человек есть — предводитель авиаторов, Паша Дерябин.
Вчера звонил Марку, проверить лишний раз не помешает, и вообще, меня вся эта ситуация с драгметаллом изрядно напрягает. С казахами мы договор так и не подписали, только его проект составили, принятый в форме протокола о намерениях, слишком много подводных камней обнаружилось. Но после передачи золота они на попятную не пойдут, коготок увяз.
— Марк, всё приготовил, ничего не забыл? Приказ, доверенность, командировку, свидетельство ИНН?
— Не суетись, Виктор, — флегматично отвечает Марк. — Всё упаковано и уложено в чемодан.
При следующих моих словах флегматизм мгновенно исчезает:
— Чемодан? А ты его в багажное отделение сдашь?
— Бл!.. — прорываются те самые эмоции, смывающие спокойствие.
— Так что лучше все документы в кейс, а его наручниками к руке, — даю хороший совет.
— Надеюсь, ты всё-таки шутишь, — ворчит Марк.
— Скажи своим помощникам, чтобы глаз тоже с него не спускали. Фактически у тебя в том кейсе двадцать тонн золота будет находиться.
Провожать я их не стал, дёргаться в четыре часа ночи ни к чему, но Гену на машине отправил. Мысленно перекрестившись за успех миссии, обращаюсь к собравшимся друзьям и соратникам. Однако Овчинников опережает меня, но к месту:
— Тебя долго не было, есть новости? — как бы подачу делает. Голевую.
— Есть. Вопрос с казахами решён… тьфу-тьфу-тьфу! Основные документы подписаны. Нам отдают в полное владение часть инфраструктуры Байконура. Комплекс «Энергия-Буран» — весь, оптом. Жилищный фонд в Ленинске выкупим сами, оно к Роскосмосу прямого отношения не имеет. Проблем в этом не вижу, мэр города — наш человек, гражданин РФ.
— То есть влезать в наши дела не будут? — допытывается Игорь.
— Нет. Только надо внимательно следить, чтобы на нашей территории не появились граждане Казахстана. Тогда может появиться повод для визита представителей казахских властей. А так — полная экстерриториальность.