— Логика — дело хорошее. И физика — тоже, — он отхлебнул из своего стакана и снова посмотрел на меня. — Ну что ж, поживём — увидим. Может, и вправду наши первыми будут.

Он произнёс это так просто, так буднично, что никто, кроме меня, пожалуй, не мог оценить весь скрытый смысл этих слов. Для всех остальных это была просто беседа двух людей, интересующихся космосом. Но для меня это был разговор с человеком, который уже знал для себя ответ на этот вопрос и вкладывал в него всю свою жизнь.

Беседа постепенно перетекла на другие темы, но я ещё долго сидел, переваривая произошедшее. Это одна из самых сюрреалистичных встреч в моей жизни: и в этой, и в прошлой. Сидеть за одним столом с Сергеем Павловичем Королёвым и обсуждать с ним американскую лунную программу, делая вид, что не знаешь, кто он… Это было что-то невероятное.

Я поймал на себе взгляд отца. Он смотрел на меня задумчиво и, как мне показалось, с лёгким беспокойством. Но я лишь невинно улыбнулся ему и взялся за свой стакан.

Остаток вечера прошёл в лёгкой, непринуждённой атмосфере. Значимых разговоров о космосе больше не было, да я и не стремился их инициировать — переигрывать было бы глупо. Пару раз у нас с Королёвым всё же вспыхивали разговоры о самолётах. Я рассказывал о своих полётах в училище, о характеристиках самолётов и о тонкостях пилотирования.

Сергей Павлович вежливо слушал, кивал, задавал простые, будто бы дилетантские вопросы, делая вид, что мало что понимает в авиации. Он мастерски изображал человека, далёкого от техники, и только лёгкая искорка в его глазах выдавала истинное положение вещей.

Мама Кати, Нина Павловна, пару раз пошутила, обращаясь к мужу и моему отцу:

— Гриша, Вася, кажется, у вашей любимой рыбалки появился достойный соперник в лице авиации и космоса. Смотрите, как Серёжу затянуло!

Все дружно рассмеялись, споры о рыбалке вспыхнули с новой силой. Атмосфера была по-настоящему домашней и тёплой.

Постепенно наша компания начала редеть. Первыми ушли подруги Кати, оживлённо обсуждая что-то своё, девичье. Вскоре поднялся и Сергей Павлович.

— Мне пора, — сказал он, глядя на часы. — Рано вставать. Спасибо за гостеприимство, Нина Павловна, Георгий Петрович. Катюша, с днём рождения ещё раз.

Он стал прощаться со всеми. Когда подошла моя очередь, он снова крепко пожал мне руку, задержал её на секунду дольше, чем того требовала простая вежливость, и посмотрел мне прямо в глаза.

— Я буду следить за вашими успехами, Сергей, — сказал он с намёком.

Все вокруг снова рассмеялись.

— Вот как нужно человека приобщать к чтению газет! — поддразнил его мой отец.