— Вниз! — услышал крик я и резко распахнул глаза.
В лобовое стекло машины летела граната.
Я успел только накинуть на Семёна защиту, влив столько магии, что на мгновение потемнело в глазах. А затем граната пробила бронированное стекло, как будто оно было тоньше инея. И салон заполнило пламенем. Семён выскочил из машины, я выбрался вместе с ним.
И тут же получил мощный удар в грудь, меня швырнуло назад к корпусу автомобиля. На месте левого лёгкого образовалась сквозная дыра, которую я поспешил затянуть, сползая к колёсам объятой огнём машины. Семён бросился ко мне, и получил вторую пулю, его швырнуло в сторону, но моя магия удержала его от серьёзных травм.
— Ты мёртв, — приказал я, отрываясь от горячего автомобиля.
Охранник, конечно, мог попытаться что-то сделать, но понимал прекрасно, как и все, кто служит Корсаковым — если целитель сказал лежать, нужно не геройствовать, а оставаться на месте.
Я рванул в сторону, и третья пуля ударила в стойку, где должна была быть моя голова. Двигаясь рывками, я нащупал людей вокруг. Вторая граната вылетела из окна дома слева, с шипением и едва уловимым для человеческого зрения дымным хвостом.
Снаряд влетел внутрь машины и грохнул так, что автомобиль разорвало, раскрыв крышу изнутри наружу. Меня отбросило взрывной волной в сторону, протащило по асфальту. Семён медленно отползал к обочине. Где-то вдали завыли сирены, но до момента, когда профессионалы успеют, у меня кончится магия.
Людей вокруг было слишком много — жилые дома кругом, и в каждой квартире по несколько человек. Нападающие подошли к делу ответственно, я не могу нащупать цели, потому что целитель не отличит гражданских от убийц, пока те не выдадут себя сами. Тяжёлое оружие, спецбоеприпасы для уничтожения бронированных машин. Даже каждый раз собирая себя по кускам, рано или поздно я не смогу восстановиться.
Я двигался рывками, вливая в собственное тело магию, чтобы уворачиваться от крупнокалиберных пуль. Обрывки пиджака и рубашки уже скинул, чтобы не мешались. Остановить врага они всё равно не могли.
Справа показался стрелок, и я дотянулся до него даром. Рывок, и боец сам выскакивает из окна третьего этажа. Головой вниз на асфальт. Вопль всё понимавшего человека, но не способного изменить хоть что-то. Хруст.
Я почувствовал людей в том же помещении, где был он, и усыпил их. Слева вновь появился гранатомёт. Я потянулся к врагу, но в этот момент справа открылось окно, и наружу показался тяжёлый пулемёт. Очередь завизжала, вспарывая асфальт дороги, заставляя меня танцевать на обломках.