Соответственно, в назначеном месте нас с Андрюхой ждали маман и Наташка. Естественно, Светланочка Сергеевна в клуб идти не собиралась. Иначе вместо просмотра кино, деревенские пялились бы на госпожу Милославскую. Но дело даже не в этом. Главное — Геннадий, испытывающий к родным Зеленухам тихую ненависть, точно в клуб не попрется. А нам сейчас нужен именно он.
Поэтому, имелся определенный план, как маман окажется в его компании.
Для этого, правда, нам пришлось почти час сидеть в засаде рядом с домом Федьки.
Наконец, Отелло вышел из калитки. Нарядная рубуха, зачесаные волосы. Парень явно рассчитывает кому-то понравится. Я с усмешкой покосился на Наташку, которая притаилась рядом со мной. Она сделала вид, будто моего взгляда не замечает. Ну-ну…
— Долго нам ещё сидеть в кустах? — Зашипела Светланочка Сергеевна. — По мне лазит какая-то дрянь.
— Просто дрянь чувствует родную душу. Эй! Больно! — Ну, не мог я удержаться от комментария. За что получил локтем в бок от маман. — Да все! Шучу. Нет. Сейчас Наталья выманит Геннадия и твой выход.
Как только Федька скрылся из поля зрения, девчонка выбралась на дорогу, а потом решительно направилась ко двору Отелло.
Буквально через пять минут она вышла обратно. Сопровождал ее небольшого роста, какой-то прилизанный, тип с крысиным лицом. Сразу было понятно — Геннадий. Удивительно подходящее ему имя.
Наташка что-то сказала, потом демонстративно вздохнула, сокрушаясь, затем развернулась и пошла в сторону клуба. Типа, догонять Федора. Как только Генка отвернулся, она быстро скользнула в сторону, и сзади подобралась все к тем же кустам, где сидели мы с Андрюхой.
Маман наоборот, резко выпрямилась, поправила платье, затем походкой от бедра направилась к тропинке, идущей мимо дома Федьки. Пока наш объект не смылся обратно в дом.
— Ну, все, господа… — Сказал я тихо оставшимся в засаде.
Наташка тут же одарила меня гневным взглядом.
— Ой, простите. Товарищи комсомольцы. Процесс пошел. Операция началась.
Глава 10: О романтичных героях и неожиданных последствиях героических поступков.
— Это что, етишкин ты корень, такое?
Николай Николаич стоял у края футбольного поля и смотрел на него с таким выражением лица, будто внезапно ему сообщили, что Зеленухи с этой секунды объявлены столицей какой-нибудь Уганды. То есть с полным отсутствием желания верить в происходящее.
В принципе, с формулировкой вопроса я был согласен. С сутью тоже.
Перед нами открывалась картина, описать которую сложно. Если какие слова и приходили в голову, то только матерные. Много матерных слов.