Дальше встал вопрос, как мне добраться до Воробьевки. Самый популярный способ я знал. Пилить до станции пешком, а потом трястись на автобусе. Но это вообще не вариант. Во-первых, автобусы ходят раз во сколько-то там часов, во-вторых, пока до Квашино доберешься через эти поля и леса по жаре, с сумкой, я сам захочу лечь в больничку, рядом с Ниной Григорьевной на соседнюю койку. Перспектива, конечно, интересная, там уж мы точно подружимся, но сельская больница, как явление, вызывала у меня четкие ассоциации с чем-то очень неуютным и даже в какой-то мере опасным.

Так что, нет. Надо найти подходящий способ.

— Ты чего мечешься? — У калитки, которая соединяла между собой дворы, появилась Ольга Ивановна.

— Да так… — Я замер у летней кухни, соображая, как поступить.

Машина в деревне одна, только у председателя. Ее он мне точно не даст. Надо же будет объяснить, куда и зачем собрался ехать. Судя по настрою Николая Николаевича, если я скажу, что надо в Воробьевку к Наташке, или вообще сообщу, будто мне жизненно необходимо поговорить с Ниной Григорьевной, то единственное, что даст Николаич, это пинка под зад. Для скорости. Только в другую, скорее всего, диаметрально противоположную сторону. Мотоцикл имеется у Ефима Петровича, но на нём он ездит сам. И у Лидочки. Учитывая, как мы расстались, к ней точно не пойдешь. Остаётся… Я посмотрел на Ольгу Ивановну, которая набирала воды из колодца.

— У Вас есть велосипед? — Ляпнул, честно говоря, наугад.

— Само собой. На дойку езжу. А что?— Соседка вытащила ведро, которое было привязано к тросу и перелила содержимое в свою тару.

— О, а можно я у Вас его возьму в аренду. До вечера.

Ольга Ивановна посмотрела на меня, будто я сказал несусветную глупость.

— Зачем тебе велосипед? По улице кататься? Все? Закончилось в селе то, что можно сломать или испортить? Или Матвея Зинка под арест посадила? Вы ж по одному еще куда не шло. А если всей командой, так тушите свет.

— Ну, что Вы сразу. Мне надо в Воробьевку попасть. Срочно. Человек там в больнице, проведать хочу.

— Добить? Кому ж так повезло?

— Ольга Ивановна, мне кажется у Вас сложилось слишком плохое мнение обо мне.

— Нет, Жорик, — Соседка взяла ведро и направилась к калитке. — Наоборот. Мнение у меня о тебе слишком хорошее. А это зря. Идём. Возьмёшь. Вечером, чтоб вернул! И не дай боже́ я на нем колеса, например, не досчитаюсь. Или руль пропадет. А у тебя и такое может быть.

Я резво устремился следом Ольгой Ивановной в ее двор, где мне торжественно был вручён железный конь.

Вообще, не велике катался в детстве и очень ранней юности. Мне казалось, это не сложно. Сядь и едь.