— Заходишь в магазин. Над дверью трель звонка, предупреждающего продавца о твоём приходе. А сам вздрагиваешь, даже если знаешь, что там висит этот звонок. Потому что тысячу раз до этого на любой резкий звук пригибался и перекатывался в укрытие. От этого, без дураков, зависела твоя жизнь. И так во всём. Я не люблю сидеть спиной к окну и дверям. Могу себя пересилить, но постоянно испытываю дискомфорт. Физически не могу расстаться с оружием. Ненавижу фейерверки. Перелистывай.
Девочка, внимательно меня слушала, и потому немного сбилась. Но протянула руку и перевернула страницу.
— С музыкой вообще беда. Я физически не могу слушать современную музыку, — я задумчиво посмотрел на Элис. — Ты, наверное, меня даже поймёшь.
Она удивилась.
— Да?
Киваю.
— Ага. Включается музыка, любая, неважно какая мелодия, о чём поют. Если на акустической гитаре, скрипке или пианино, например, на одном инструменте — я могу слушать. Но если барабаны — всё, приплыл. Я не слышу музыки, а в голове только картинки. Помнишь, я тебе про друга рассказывал.
Она кивнула.
— И что это только один самый дерьмовый день, — подтвердила Элис, она помнила.
— Не ругайся, — пожурил я вновь закуривая. — Меня возвращает в те дни. Листай.
Элис отвернулась в сторону и механически перевернула страницу. Но всё так же рукой.
— Да, понимаю. С этим ничего не сделать?
Я вздохнул.
— Есть способы. Есть из разряда — прыгать с горячей сковородки в огонь. Алкоголь, наркотики, экстремальные виды спорта. Чтобы был риск, чтобы адреналин в кровь лошадиными дозами, — я отсалютовал ей пачкой сигарет. — Вот, видишь. Я пью не самый дорогой и качественный алкоголь. Есть деньги на другой, но когда я хочу выпить, это значит я хочу что-нибудь забыть. Но!
Важно поднимаю указательный палец.
— Я не просто так сказал, что это плохие способы. Они опасны. Нужно себя контролировать. Если с сигаретами я рискую только своими лёгкими, то алкоголь… Скажем так, в школе далеко не просто так рассказывают, что эта дрянь опасна. Перелистывай.
Элис послушалась.
— Наркотики — вообще верная смерть. Просто и без всяких скидок. Если начнёшь — год, два, максимум три, и всё. Передоз, как самое вероятное. Дружки наркоманы тебя изнасилуют и убьют, пока ты будешь под кайфом. Или пристрелит полиция, когда полезешь в чужой дом, потому что нет денег на очередную дозу. Сам я никогда на пушечный выстрел к этой дряни не подходил, — долгой затяжкой добил сигарету. — Пью редко. Никогда не напиваюсь в сопли. Профессиональное, чуть-чуть переступишь черту — начнут стачиваться навыки. Глаз не видит, руки дрожат. Это всё — смерть на поле боя. А курение.