— Райну подвесили на дыбе и прижигали раскалённым металлом, — не отрываясь от своего занятия дополнил анамнез Арес.

Скрип зубов Дарана, казалось, услышали даже в Драконьем Холме.

— А мы за это сожгли им усадьбу, — зло хохотнула Райна.

— Ну хоть не полгорода, как в прошлый раз, — выдавил из себя улыбку одноглазый.

От более бурного проявления чувств его удерживает наличие зрителей.

Подбежал воин с сумкой, украшенной зелёным трилистником и Даран посторонился, давая ему дорогу.

— Я опять перед вами в долгу, — капитан криво улыбнулся пустотникам.

— Пустое, — устало отмахнулся Лёха. — Как Робин?

— Да что с ним сделается? — Даран оглянулся на брата, деловито собиравшего трофеи. — Отлежался пару дней и вон, как огурчик.

Было видно, что он гордится братом. Несмотря на небрежные слова, рыжий ещё не до конца отошёл от сотрясения, но держался молодцом.

Оставалось понять, на кой чёрт его вообще вытащили из кровати.

— А ты с каких пор стал незаменимой частью боевой группы? — не стал откладывать вопрос на потом Лёха.

— С тех пор, — понизив голос до шёпота пояснил Робин, — как кому-то требовалось вывезти Гюнтера из замка в телеге, а потом верхом на нём же лесами добираться до вас. Дар дал мне след и, ориентируясь по нему, двигался по тракту со своими бойцами.

Теперь всё встало на свои места. В принципе, логично: отследить Райну мог только её пустотник, но капитан не мог показать всем, что зверь разумен и выполняет его команды, а везти его с собой в телеге значило серьёзно замедлить спасательный отряд.

Искать золотой следящий артефакт и думать, как прицепить его к зверю понадёжней не стали — просто отправили с ним Робина, чтобы не ориентирующийся в местных реалиях сапёр не влип в неприятности. Опасения оказались напрасны: Гюнтер не только успешно добрался до Райны, не попадаясь никому на глаза, но и вовремя вмешался поняв, что разговор с командиром Виверн пошёл по плохому сценарию. И при этом успел смыться раньше, чем его заметили спешащие на помощь Кречеты.

Медаль хвостатому, однозначно!

— А вот я бы сейчас полцарства отдал за возможность отлежаться денёк, — признался Лёха.

— Да, не повредит, — неожиданно поддержал его Арес и зевнул во весь рот. — Это тело быстро устаёт. Всего двое суток без сна и, как вы, люди, говорите — чувствую себя выжатым лимоном.

— Доберёмся домой и можете спать хоть неделю, — удивительно благодушно ответил Даран и пошёл к своим солдатам.

— Лошадей жалко, — неожиданно сказал Арес, глядя на погибших животных.

Стриж от удивления потерял дар речи.

— Что? — кое-как вернув возможность говорить, переспросил он.