Картина боя изменилась. Тяжелый крейсер противника, оседлав длинный плазменный шлейф, готовился уйти гиперпрыжок. Оставшиеся корабли ушастых этот отход прикрывали и как ни странно, их основной целью стал мой фрегат, а не крейсер сплотов. Похоже, оценить огневую мощь древнего корабля успел не только я.
Мой гусарский наскок не остался незамеченным, тройка эсминцев противника окуталась вспышками двигателей стартующих ракет. Я врубил форсаж и закрутил корабль в спираль противозенитного маневра. Гравикомпенсаторы пилотского ложемента работали выше всяких похвал, перегрузки совершенно не ощущались. А вот то, что сейчас творится в десантном отсеке я предположить боюсь. Надеюсь, братья догадались пристегнуться и мне не придётся собирать их потом при помощи плазменной сварки.
Маневр был выполнен безупречно и мне удалось разорвать дистанцию с клином ракет, что хищными пираньями вцепился в мой хвост. Хоть парочка и добралась до цели, просадив потрёпанные бывшим владельцем щиты на десяток процентов, но топливо в баках ракет не бесконечно и жизнь их коротка. Минута высшего пилотажа и я, заложив пологую дугу, приготовился мстить потрепавшим мне нервы эсминцам. Тем более, что прикрывавшие их фрегаты сцепились с подоспевшей парой малых кораблей сплотов.
Основное оружие эсминца ракеты, но у этого оружия есть один недостаток. Пусковые установки имеют длительную перезарядку. Слитный залп трех этих кораблей мог дать прикурить даже фрегату Джоре, но поставив все на эту карту, они проиграли. Урон малых плазменных орудий, являвшихся их второстепенным вооружением, не превышал порог естественной регенерации моего силового щита и мне не составило труда превратить противников в облака обломков.
Фрегатам сплотов моя помощь была не нужна. Возможно, стоило прихлопнуть и тех и других во избежание утечки информации о моем существовании, но, во-первых, похоже, о моем таланте оживлять технику древних не знает только ленивый, а во-вторых, я сильно сомневаюсь, что способен справиться со сцепившимися в отдалении тяжелыми кораблями. Однако и сбежать, не попытавшись попортить шкуру того напыщенного выскочки, я тоже не могу.
Мысленно ругая себя за ослиное упрямство, развернул корабль в сторону тяжелого крейсера аграфов.
Кетана смотрела на тактическую схему и не могла поверить своим глазам. Древний фрегат в считаные секунды разметал попытавшиеся его перехватить корабли аграфов. Легкому крейсеру хватило всего одного залпа, половина его корпуса просто исчезла, превратившись в облако мелких обломков. В то же время слитный ракетный залп, способный потрепать даже тяжелый крейсер, не принёс никакого результата. Ракеты просто не смогли догнать фрегат, ушедший в противозенитный маневр на запредельной для современных кораблей Содружества скорости. Нет, парочку попаданий он все же получил, но его щиты с легкость поглотили урон.