— Искин и блоки памяти уничтожены безвозвратно — тихо произнес Сашка, пряча глаза.
Вы когда-нибудь слышали, как кричит от горя двухметровый боевой серв? Я услышал и поверьте мне на слово — это страшно.
ЭПИЛОГ.
На обзорном экране ходовой рубки Варяга переливалась всеми оттенками черноты воронка нестабильной червоточины. Казалось, пространство вселенной в этой точке пожирает само себя, отрыгивая довольными фиолетовыми молниями.
В командной сети прошелестел звонкими колокольчиками голос лейб-майора Кауру Ривз:
— Капитан, по расчетным данным червоточина стабилизируется через сорок стандартных минут.
— Спасибо, лейб-майор — поблагодарил я первого пилота.
Да, на Варяге теперь так сказать интернациональная команда, ведь служить на флагмане главы клана большая честь для любого сплота. И лейб-майор с радостью приняла мое предложение занять вакантную должность первого пилота, чему мой старпом был несказанно рад и затребовал двухместную каюту.
Я стал главой клана и мне даже не пришлось убивать Кетану. Совет отклонил ее прошение о проведении ритуального боя. Самое интересное, она сильно и не настаивала, сообщив мне об этом за завтраком совершенно буднично, словно об изменившейся за окном погоде.
Но на арене Храма Меча мне все же пришлось побывать. После уничтожения королевы роя и разгрома лишившихся управления матки дезориентированных сил архов в системе «Генопус», я без лишней скромности и вполне официально стал национальным героем Матриархата Сплотов. Орден мне всё-таки дали. Во время церемонии награждения во дворце Великой Матери было официально объявлено об отказе в проведении поединка и признании меня главой клана «Восходящей звезды». Кетана стала моей «Доене» — что-то среднее между боевым товарищем и женой. У сплотов принято многомужество и в иерархии супругов сплотки «доен» занимают наивысшую ступень. Но не все прошло так гладко как кажется. Не успела церемония закончиться, как одна из высших офицеров уже моего клана бросила мне вызов, аргументируя тем, что мужчина во главе клана — это бесчестье для всех и для нее лично.
Поединок оставил странное впечатление. Храм напоминал древний Колизей. Красный крупный песок арены впитал себя очень много крови и помнил еще те времена, когда сплоты считали мир плоским. Я стоял с обнаженным клинком. Моя противница стояла напротив с двумя изогнутыми мечами, напоминающими земные фалькаты. Одна из старейшин ударила в огромный медный гонг. Хвостатая рванула ко мне без затей по прямой, а по мозгам знакомо скребанули когтями. Нейросеть активировала боевой режим и мир привычно расцвел векторами возможных атак и уклонений, а время замедлило бег. Отшагнув и немного присев, пропускаю нацеленный в шею кривой клинок и бью рубящим ударом в ответ пытающуюся остановиться и не успевшую осознать произошедшее девушку. Слишком привыкли местные дамочки к собственному превосходству, дарованному пси. Древний меч не встретил сопротивления плоти, по красному песку покатилась отсеченная голова с расшивными от удивления глазами. Я деактивирую клинок, черная сталь юкой змеей обвивает плечо, превращаясь в вычурную татуировку. Над ареной стоит осязаемая, густая как кисель тишина. Тысячи зрителей еще не смогли осознать случившегося, слишком скоротечной вышла схватка, обрушившая в бездну надежды многих. Дурацкий фарс и идиотские обычаи. Старейшины могут отдать в жены главу клана, запретив ей убить наглого претендента, но не имеют права не дать убить национального героя под выдуманным предлогом оскорбленной чести.