— Всё отлично, — заявил в конце концов Борис, — зрителей только не хватает.

— Уж чего-чего, а зрителей тут привалит вагон с тележкой. Мороженое будете?

Музыканты не отказались, я сбегал до ближайшего ларька и принёс три пломбира.

— Как там Майк поживает? — спросил я.

Они оба помрачнели, но ответил один Виктор:

— Нету больше Майка… какая-то гнида избила его в его же подъезде, он после этого пару дней только протянул.

— Жалко, — искренне ответил я, — хороший человек был… а гниду-то поймали?

— Да какое там, — махнул рукой Борис, — разве ж наши менты могут кого-то ловить, кроме как пьяненьких мужичков по ночам…

— И то верно, — подтвердил я, доедая мороженое. — Менты у нас, мягко говоря, совсем оборзели. Однако ж на часах без пяти минут время Ч, давайте занимать места согласно диспозиции.

Они оба вспрыгнули на эстраду, очки при этом синхронно сняли и засунули в нагрудные карманы и начали настраивать свои гитары, проходящая мимо пара остановилась и пристально вгляделась в происходящее.

— Зина, а это ведь Виктор Цой, как считаешь? — сказал мужчина своей спутнице, — я его позавчера в телевизоре видел.

— Ой, и правда, Лёня, — всплеснула руками Зина, — а рядом с ним, по-моему, Борис… Борис Гребенщиков, который «Под небом голубым» поёт.

— Охренеть, — только и смог выдавить из себя Лёня, и они подошли поближе к эстраде.

— Молодые люди, — спросил он их, — вы сейчас концерт что ли давать будете?

— Угадал, папаша, — ответил Виктор, — нам такую общественную нагрузку в райкоме комсомола определили, отыграть в одном из парков города.

— Охренеть, — повторил Лёня. — «Под небом голубым» споёте? А «Перемен мы ждём перемен»?

— Всё будет, папаша, — сказал Борис и выдал первые ноты «Золотого города».

А народ тем временем подтягивался и подтягивался, вокруг эстрады уже стояла довольно плотная группа удивлённых граждан. Я посмотрел на часы — пять минут пятого, что-то Гена не совсем пунктуален. И накаркал — он вдруг материализовался у меня за спиной, я даже не сумел понять, как.

— Привет, — сказал я ему, — опаздываешь? Сам ведь наверно знаешь это правило — опоздание на стрелку приравнивается к техническому поражению.

— А у нас разве стрелка? — широко раздвинул губы в улыбке Гена, — мы же просто поговорить собрались.

— На просто поговорить гранату в руку не берут, — это я усмотрел зорким взором, что он сжимает лимонку в левой руке, — усики-то, надеюсь, не разогнул пока?

— Это муляж, — вежливо ответил Гена, — чисто для прикола.

И он сунул гранату во внутренний карман пиджака.

— А это ещё кто там распевает? — показал он на эстраду.