— Ну ты ваще… — задохнулась она от нахлынувших чувств, — крутой-крутой, как Уокер почти что.
— Не, Уокер круче, — отшутился я, а Челентано тем временем отпел свою Соли, и мы сели обратно за стол. — Кстати, знаешь, о чём эта песня?
— Об одиночестве, наверно, судя по названию.
— Ну это в целом да, но детали там очень интересные…
— Расскажи.
— Если коротко, то парень с девушкой заперлись в квартире, отключили телефон и телевизор и занялись сексом. Припев такой — мы одни, кожа вместо одежды, одни, бутерброд у нас на двоих, одни, крошки в постели, одни, только я и ты.
— Поэтично, — грустно заметила Галя, — это ты мне с намёком рассказал?
— Естественно, — улыбнулся я, — у меня дома хотя и нет телефона с телевизором, но уж чего-чего, а бутерброд я сделать сумею…
Утром я сделал для Гали кофе из банки Пеле и пожарил яичницу.
— Ты ещё и готовить умеешь? — спросила она, садясь к подоконнику и прикрывшись простынёй, — не парень, а чистое золото какое-то. Вот же дура какая твоя Ирочка была, что тебя из своих лап упустила.
— После штампика в паспорте, — грустно отвечал я, — все женщины, к сожалению, быстро меняются. Цель-то достигнута, значит можно расслабиться и жить в своё удовольствие, так наверно они считают.
— Не все, — твёрдо возразила она, — лично я расслабляться не собираюсь. Спасибо тебе, кстати, за волшебную ночь.
— Обращайся, если что, — ответил я, — а как там у тебя дома-то, искать тебя не будут?
— Не, я с бабушкой живу, у неё начальная стадия маразма, — ответила она, допив кофе, — уже с год примерно чужие проблемы её не занимают.
— Так разве таких можно одних оставлять? — озаботился я, — которые в маразме? Я слышал, что там круглосуточный контроль нужен.
И не только слышал, а и сам сидел, добавил я мысленно, три года без малого.
— Газ и воду я перекрываю, когда ухожу, — пояснила Галя, — балкон на верхний шпингалет, входную дверь на ключ, которого у нее нет. А в остальном она пока сама себя обслуживает, слава богу. Ну хватит о грустном — что там у тебя на сегодня намечено?
— Контрольный обзвон по концерту, раз… там по очереди гостиница, стадион, военные…
— Какие военные? — удивилась она, — зачем они на концерте?
— Девиз же фестиваля «Рок за ВВС», так вояки для него истребитель обеспечивают. Может даже сразу два.
— Ясно. Какой хоть истребитель-то?
— Обещали 29-й МИГ, но обещать…
— Не значит жениться, — закончила она за меня. — А ещё что?
— Совещание в банке, это в три часа…
— А мне можно поучаствовать?
— Ты же работаешь в этом… в речном порту, — подколол её я.
— Да какая там работа, — махнула она рукой, — уже с полгода никто никого не контролирует. Раз в квартал сведёшь баланс, вот и все занятия.