— Как дети, честное слово, — вздохнул я. — Сил моих нет.

— Потому что мягкий ты, Александр, — назидательно произнесла ведьма. — Не умеешь в нужный момент кулаком по столу ударить, надеешься на то, что ближние твои, как и ты сам, умом наделены. А все совсем не так. Потому пока ты сам банькой не займешься, грязным ходить станешь. Или в речке купаться.

— У меня летний душ есть, — хмуро буркнул я. — Вон там.

— Так на дворе еще не лето, — резонно заметила ведьма. — Погоды для душа неподходящие. А то, если желаешь, я своим подруженькам велю, они мою баню раскочегарят. И венички березовые у нас есть. В том году заготовили.

— И все выйдет прямо по канону. Накормила, напоила, в баньке искупала. А после чего?

— Даже не надейся, — погрозила мне пальцем Дара. — На лопату садиться не стану. Эти штуки со мной и в юные годы не проходили, знаешь ли.

Вот и не поймешь — то ли шутит эта старушка из фильма ужасов, то ли нет. И юбка у нее до земли, поди пойми, какая там, под ней, нога — живая, костяная?

Шучу, конечно.

— Идем уже, — сдвинула брови Дарья Семеновна. — Или собрался этих никчём разнимать?

— Пусть дерутся, — махнул я рукой. — Пойдемте. Хоть поем…

Рыбник, надо заметить, и в самом деле оказался знатный. Я только знай отдирал от него одну за другой хрустящие сверху и мягкие снизу ржаные корки да заедал ими сочное мясо огромного язя, запеченного целиком, вместе с головой и хвостом.

— Как неделю не питался, честное слово, — проворковала Дара, сидящая напротив меня за столом и подпершая подбородок сухеньким кулачком. — Бабу тебе хорошую надо, ведьмак. Чтобы готовила, стирала, обхаживала тебя всяко да обалдуев твоих гоняла в хвост и гриву. Тогда и жизнь на толк пойдет.

— Где теперь такую взять? — вытер рот коркой я. — Феминизм, равноправие, женщина не домохозяйка, а личность и все такое. А из кулинарии большинству женщин известно только одно — телефон «Деливери клаба».

— Так то городские. — Дарья Семеновна подлила в мою чашку кипятку из самовара. Отдельно замечу — электрического. — А ты здесь, у нас, себе подружку сердешную найди. Оно куда проще и разумнее.

— Из вашей свиты, что ли, кого сватаете? — опешил я. — Нет, там все достойные дамы значатся, спору нет, но некоторая возрастная разница…

— Так на Лозовке наши края не заканчиваются, — вкрадчиво прошелестела старушка. — Вон Глухарево неподалеку стоит, там девки ох какие живут! Крепкие, веселые, в руках все горит, меж ног все… Кхм… Занесло меня не в ту степь. Хорошие девки, короче. Ну а что какие-то из них наших кровей — так оно не страшно. Я ж говорю, времена меняются, глядишь, и черта меж моим племенем и твоим родом сотрется в никуда.