На остров мы добрались примерно через пятнадцать минут, за которые наш инкуб, несмотря ни на что, вымотался напрочь. Я понял, что обратно мы полетим нескоро. Если вообще полетим.
Впрочем, я об этом скоро даже забыл думать.
А всё потому, что увидел… Даже и не знаю… натуральных феечек с радужными крылышками, только ростом сантиметров десять, не больше. При всём том, они тащили огромные котлы, которые и для меня были бы великоваты. Облепив борта по несколько десятков особей, они легко поднимали их в воздух, а затем вываливали в раструбы механизмов, больше всего похожих на пушки.
И вот эти самые пушки уже что-то рассыпали. Я заметил это ещё, когда мы поднимались к острову. Причём, чем выше, тем концентрированнее была эта пыльца. Оралиус расчихался и чуть было не погубил всю экспедицию, поэтому мы были вынуждены поменять траекторию и подниматься там, где этой самой пыльцы было меньше всего.
В тот момент, когда мы поднялись над поверхностью, а затем рухнули на неё, у феечек случился натуральный приступ паники. Они кричали что-то на своём языке, и мне пришлось потратить последние крупицы благодати, чтобы услышать:
— Орки! Орки прорвались! — орали они кому-то сзади. — Орки!
Тут несколько крылатых созданий с котлом в руках вместо того, чтобы высыпать содержимое в свою пушку, подлетели прямо к нам и надели его Силиконе на голову.
— Прочь, подлый орк! Прочь! — пронзительно кричали они своими писклявыми голосами.
А сзади кто-то ещё громче закричал:
— Призывайте горгулью!
Мне трудно было сориентироваться, потому что голова буквально раскалывалась от их писка, близкого к ультразвуку. Но тут раздался пронзительный свист, резкий, как удар лезвием по ушам. И прямо перед нами появилась каменная птичка размером с вертолёт. Хотя нет, не птичка. Горгулья. Уродливая и тёмная. Чем они её только кормят?
Ещё раз оглушительно свистнув, она ринулась на нас и легко столкнула с края острова в бездну всех троих. Оралиус из последних сил попробовал расправить крылья, но у него ничего не получилось, и мы камнем полетели вниз.
Огромное каменное создание, больше похожее на результат шального адюльтера птицы с троллем, лежало на каменном плато, свесив голову с обрыва. Ветерок прекрасно обдувал ему морду, отчего создание жмурилось от удовольствия, но с таким выражением, будто мучилось от жесточайшего бодуна.
— Сука! Дай только вернуться! — бурчала горгулья себе под нос. — Я тебе перед разводом хер в такой узел завяжу, что никакой Гордий не развяжет и не разрубит! Значит, как миры исследовать для попаданий да хвастаться перед друзьями гибкостью эльфиек, страстностью дроу, бдсм с вампиршами, так это у нас работа называется, кобелина проклятый! А как я разок сходила в отместку, так меня сразу в каменную горгулью засунул? Козлина ревнивая! Буэээ!