Голова снова свесилась с края острова, исторгая из себя куски чего-то зелёного.

— Тварь! Ну, хоть бы в эльфийку засунул! Знает же, что я вида крови не переношу, так нет же… Ещё и орки эти проклятые! Сказала же им, идите на хер! Нет! А эта… — горгулья натурально всплакнула, пустив слезу размером с орочий кулак, — а эта их жрать давай без разбору, рвать да заглатывать! Она нажралась, а у меня теперь несварение! Ещё и зубочистки их топорные из пасти торчат, чешутся, сука-а-а-а!

Горгулья с трудом поднялась и поковыляла к небольшому озерцу, что располагалось недалеко от её гнезда. Выпив несколько жадных глотков, она снова опустила голову набок и накрыла себя крыльями, жалея.

— А у меня диета накрылась! Фрукты, овощи, злаковые! А эта… противится! Кето-диету ей подавай. Ну почему, почему я прогуливала уроки по подселению и примирению с душами? Сейчас бы были подружками, болтали… А она… Только и помогла, когда орки припёрлись! И то не мне, а малявкам этим! — горгулья вытерла несуществующие сопли крылом и шмыгнула носом. — Да как они вообще посмели меня на выселки отправить, ни удобств, ни туалета нормального! Под кустики ходи! Я им кто? Баранов тянут своих, даже не свежуют, прям со шкурой! А я — богиня! Ну, муженёк! Я тебе это «свадебное попадалово» так припомню, мало не покажется!

Горгулья всё больше распалялась, расхаживая из стороны в сторону по берегу озера. Искупаться хотелось просто неимоверно, но брезгливость не позволяла завалиться в озеро, ведь другого источника для питья не было.

— Как же я не доглядела? Казался ведь таким весёлым! Жизнь — сплошное приключение! Попадай куда хочешь и в кого хочешь! А он… Не-е-ет! Я ему не только хер в макраме заплету, я ему такое благословение устрою, чтоб у него бабы только по праздникам давали и то страшные, как адептки Ужоснаха! Я уж постараюсь и соберу по всем мирам мамаш всех баб им перетраханных, чтоб мозг ему клевали! Да я…

Внезапно сработала сирена, сообщающая о нарушении периметра острова, а следом послышался истошный визг:

— Орки! Орки прорвались!

Горгулья сорвалась с места, расправляя крылья и выпуская когти.

«Пожалуйста, милая, — просила богиня владелицу тела, — не жри их, умоляю! Я не выдержу! У меня и так изжога от их доспехов! Просто скидывай на землю, пожа-а-алу-у-уйста-а-а!»

Забиваясь в самый дальний уголок сознания горгульи, богиня приготовилась зажмуриться, чтобы не видеть очередной кровавой расправы. Горгулья была последним рубежом обороны фей, и её призывали только в самых отчаянных случаях.

Уже пикируя с высоты на зелёную клыкастую фигуру, Лаки с удивлением отметила, что на этот раз на остров попала нетипичная орчанка без доспехов и с выкрашенными в розовый цвет клыками. Правда, пришлось признать, что горгулья всё-таки сжалилась над богиней и решила не жрать врагов, а скинуть с острова, как и просила Лаки.