— Я тебе не верю, — ответила на это старая фея. — Яви какое-нибудь простое чудо, — она развела руками.
Я подумал, что мог бы превратить воду в самогон Оралика, но потом решил, что, кроме самого инкуба, это никому не под силу, даже высшим богам.
— Клянусь собственной сущностью, — громко произнёс я, подняв ладонь правой руки. — В том, что я бог — Рандом и могу вернуть вас в ваш мир.
Громовой раскат, словно от далёкой грозы последовал сразу за моими словами, и сросшиеся крылья старой феи затрепетали.
И в этот момент из коридора с криками вылетели ещё две феечки.
— Госпожа Фрея! Там последняя картина появилась!
— Что? — я видел, что последняя краска сошла с лица крохотной женщины. — Это конец?
— Мы не понимаем, — ответили ей, — посмотрите сами.
Старую фею понесли в коридор прямо в её троне. А я пошёл следом. В коридоре частично отсутствовал потолок, открывая голубое небо, а под ним… То, что мы увидели там, где было последнее место для изображения, заставило меня расхохотаться. Я оценил чувство юмора вселенной.
На движущейся картине я тащил на привязи летающий остров к его родной планете.
— Бурлаки на Волге, — пробурчал я себе под нос, вспоминая картинную галерею Строганова.
— Кажется, это не конец света, — пробормотала глава фей и обернулась ко мне. — Кажется, у нас в гостях действительно бог. Прекращайте распыление пыльцы и готовьте бал!
— А мне объясните, почему это так важно? — попросил я, потому что не совсем понимал столь резкую перемену.
— Это почему мы раньше такие вредные-то были, — ответила мне седая фея. — Мы думали, что последняя картина ознаменует наш личный конец света, поэтому пытались всячески оттянуть его. Ну там конец времён, апокалипсис и вот это вот всё. А оказалось, что в этой последней картине описано наше спасение и воссоединение с остальным народом.
— И этого оказалось достаточно? — удивился я.
— А ещё там в самом низу ваша клятва, — усмехнулась фея. — Стена подтвердила ваши слова, так что милости просим.
Он протянула свою ладонь мне, и я аккуратно пожал её двумя пальчиками.
«Рандом! Опасность! — вскричал вдруг Игорь, словно ошпаренный, и я поднял глаза, увидев всё одновременно с тем, как Туманов озвучил: — Крылатая ракета!»
Гагарин понимал, что ситуация вот-вот может выйти из-под контроля. Дело в том, что летающий остров недалеко от столицы — это уже угроза национальной безопасности. А, учитывая, что из-за воздействия, оказывающегося с него, тысячи людей потеряли человеческий облик, и вовсе превращало его в объект, подлежащий уничтожению.
Император уже дал согласие, поэтому произойти всё могло в любую секунду. Но допустить этого было нельзя, в связи с тем, что на острове находился Туманов. Недолго думая, Алексей достал телефон и набрал номер, который был далеко не у всех министров.