А вот и нормальная парфюмерия — не бог весть что, зато настоящая, а не та, которая остается на одежде бензиновыми пятнами, переставая пахнуть уже минут через пятнадцать. Или, наоборот, как тот же Dragon Noir, выветриваемая с огромным трудом. Нет, это пусть уже и не особо модное, зато по ГОСТу. Как в одной детской книжке, старина, а вот не старье. Классика. Прибалтийские «Дзинтарс», потом «Тет-а-тет» и «Сардоникс» от фабрики «Новая заря» — это для женщин. И наше, мужское — «Тройной», «Шипр», «Саша». Все от той же «Новой зари», кстати. Пожилая женщина, торговавшая всем этим парфюмом, поначалу удивилась нашему с Дюсом интересу, даже отвечала нехотя. Видимо, думала, что мы сейчас прозреем и, кривя носы, удалимся. Но мы с таким знанием и уверенностью нюхали пробники, что она прониклась. И даже сделала скидку, когда я назвал аромат «древесным», а не «отстойным». Кстати, оказывается, кроме «Саши» был еще «Паша», вот мы с Дюсом и прикупили себе вроде бы разные одеколоны.

— Пора, — я посмотрел на часы. — Спасибо!

— И вам спасибо, ребятки, приходите еще, девчонкам своим что-нибудь прикупите! — радостно проводила нас бабушка-продавщица.

— Обязательно! — улыбнулся я, и мы с Дюсом помчались к месту встречи.

Сначала понадеялись на автобус — добежали до остановки, обрадовались, что через пять минут должен подойти «второй», вот только… По расписанию они ходили последний раз году в восемьдесят девятом, максимум в девяностом. А сейчас — как бог на душу положит. Чертыхнувшись и насмешив своей наивностью людей на остановке, быстрым шагом направились вглубь деревянных кварталов, чтобы срезать путь и сэкономить время.

— Успеем, — выдохнул я, вновь посмотрев на часы и прикинув оставшееся расстояние. — Давай на ходу поодеколонимся… Э, э! Стой! Не надо так лить!

Пришлось остановиться, потому что Дюс на полном серьезе плеснул своего «Паши» аж с пригоршню и собирался обрызгаться им как простой водой… Заставил его сцедить, сколько получится, обратно в бутылек, остальное — что поделать! — на землю.

— Смотри, — говорил я. — Совсем немного берешь и на пульс, еще чуть-чуть на шею. Надо чтобы от тебя при движении веяло ароматом, а не таращило, как от железнодорожной цистерны.

— Так я ни разу же!.. — виновато разводил руками Дюс.

— Вот и учись, пока я жив, — улыбнулся я.

Мы посмеялись над его прыткостью, нашли неподалеку водную колонку — отмыть руки от остро пахнущего «Паши».

— Надо будет такой следаку подарить, — предложил друг.

— Зачем? — удивился я.

— Ну, как же… Паше — «Пашу».

Он засмеялся, довольный своей неуклюжей шуткой, и меня почему-то тоже пробрало. Не знаю, наверное, от хорошего настроения. Все-таки мы удачно сходили на шоппинг — прикупили цепь для Серегиного велика и нам по одеколону. Еще и хычынов поели. Жирных, сытных и невероятно вкусных.