Сводить вместе младшую и старшую группы считалось Левковцеву неразумным, а, возможно, это была точка зрения и других тренеров того периода. Молодежь поняла бы, что в фигурном катании она достигла технического предела, через который не перепрыгнуть при всём желании. А старички 20–30 лет повесили бы коньки на гвоздик, убедившись, что ничего не достигли за десяток лет, минувших с юниорской поры. От чего ушли, к тому и пришли, и все тренировки, жёсткие падения на лёд, травмы и боль оказались в плане прогресса напрасными. Ты долбил тройной тулуп два года, а сопливая 12-летка прыгает его по десять раз за тренировку. Естественно, иногда представители разных групп пересекались друг с другом, но это были разовые встречи, не влияющие глобально на результаты спортсменов. Постоянное соперничество и подглядывание друг за другом было вредным.

Впрочем, это пока Арину никак не затрагивало. Она закончила силовую тренировку лёгкой заминкой на спиннере, причём не выполняла ничего необычного или трудного — просто покружилась туда-сюда в спокойном темпе. Почувствовав, что дыхание возвращается в норму, легко спрыгнула со снаряда и пошла в раздевалку отдохнуть несколько минут.

Отдохнуть не совсем получилось. И если Соколовская сразу пошла на лёд, то местные девчонки в раздевалке устроили весёлую шуточную возню, толкая друг друга и громко хохоча. Арина, как девушка более взрослая и ответственная, присела на лавочку, закрыла глаза и словно замерла в обычной позе сидящего человека: спина прямая, плечи опущены, кисти рук опущены на колени. Тело в таком положении максимально расслаблено. Она знала, что даже кратковременный, всего в несколько минут, полноценный отдых без разговоров и в тишине способен делать фантастические вещи. Иногда в перерывах между тренировками, сидя вот так в раздевалке или где угодно, в тёмном закутке тренировочного катка, среди старых заливочных машин, лопат и вёдер, ей удавалось погрузиться в некое подобие дрёмы. Полусна, длящегося всего несколько минут. В это время происходило восстановление сил организма. Даже недосып из-за раннего утреннего пробуждения быстро сводился к нулю. После такой импровизированной медитации всегда становилось намного лучше не только в физическом, но и в ментальном состоянии. Голова становилась пустой и свободной.

Однако эта практика помогала лишь при одном условии: если медитации никто не мешал. Хоть фигуристки и пошли на лёд, но в раздевалке кто-то оставался, бегал и прыгал.

— Люся, что ты делаешь, ты спишь?— послышался рядом детский голос.