Доктор махнул рукой, и вышел из палаты. Осталось дождаться мамы.
По счастью, долго ждать не пришлось. Не успела Арина взять в руки книгу, пытаясь вспомнить, где вчера закончила читать, как в палату вошла высокая стройная женщина в расстёгнутом зелёном пальто и меховой шапке. Она радостно посмотрела на Арину и закричала:
— Люсяяя! Ну иди сюда, моя радость!
Подбежав, обняла, и стала беспорядочно целовать дочь в щёки, волосы, губы. Арина в смущении закрыла глаза от проявления таких нежностей, пробормотав:
— Эммм… Здрасти. Как дела?
— Ну что, доченька, как ты? Как головка?
— Да ничё. Нормик, — пожала плечами Арина. — Живая вроде.
— Ну и хорошо! Всё! Бери книгу, пошли в раздевалку, и домой.
— Доктор сказал, надо на пост, за выпиской, — заявила Арина, дотошно разглядывая мать. Вроде, красивая. И похожа на неё. То есть, на Люську.
— Я уже забрала всё, что нужно. Пошли, пошли давай. Сейчас дома сготовим что-нибудь вкусненькое. Я на весь день отпросилась.
Арина побрела за матерью по больничному коридору, держа в руках книгу. Спустились по лестнице на первый этаж, потом повернули в подвал, из которого пахнуло теплом, влагой и затхлостью.
— Мы куда? —спросила Арина, с опаской глядя вниз. — Что там?
— Там раздевалка. Пойдём! Осторожно! Под ноги смотри!
Спустились в подвал, и тут же, в нескольких метрах, справа, находилась раздевалка, в которой, облокотившись локтем на стойку выдачи и опёршись щекой о ладонь, скучала низкорослая тощая бабка в белом халате и вязаной круглой шапке. Она недовольно посмотрела на Арину и её мать.
— Гардероб закрыт на обед! — нагло заявила она. — Приходите через час!
Причём видно, что сказала просто так, потому что вредная. Мать Арины замялась, не зная что сказать, но Арина взяла общение на себя, соврав.
— А там сзади главврач с комиссией идут. Чистоту пола проверяют и обслуживание граждан СССР.
— Чтооо!!! Бааатюшки святы!!! — Старуха, согнувшись, в панике, быстро начала бегать туда-сюда, потом подбежала к матери, спросила, как фамилия девочки, и отдала им вещи, показав на комнату для переодевания. Сама тут же взяла ведро с водой, швабру с половой тряпкой и усердно-показательно начала тереть пол в гардеробе.
«Зачем гардеробщице белый халат? Она же полы моет и шмот выдаёт», — подумала Арина, заходя в комнату и разглядывая свои вещи. — «Что за дерьмо??? Что это?»
— Что это? — спросила Арина, показывая матери чёрную мутоновую шубу. — Это что? Шкура животного? Я не надену эту шнягу!
— Малышка, это твоя шубка! — изумилась мать. — Очень дорогая, к слову!
Арина хмыкнула и бросила её на скамейку. Носить такое — фу! Ну такое! Животных нельзя использовать для одежды! Это дикость! Как Люська могла носить эту жестокую вещь??? Она же раньше была кожей животного! Как поклонница зелёной экосистемы и борец за права животных, Арина была против использования частей их тела в качестве одежды и обуви! Об этом говорили её посты в сторис соцсетей, всегда собиравшие десятки тысяч лайков и гневные комментарии сетевых завсегдатаев, сутками следящих за звёздами: «Да! Спасём нашу планету от вредных выбросов и жестоких людей!», «Арина, я с тобой!», «Бедные животные!». В модных телешоу она тоже много раз озвучивала свою точку зрения, поэтому уже и сама начала верить в неё. «Так положено у звёзд, даже если ты терпеть не можешь этих животных и ешь их каждый день!» — заявил её имиджмейкер в начале сезона после победы в Оберстдорфе. — «Ты должна быть идеалом для социума всеми своими взглядами и мыслями».