— Когда люди в спорте достигают определённой вершины, они уже не совсем принадлежат себе. Они принадлежат государству. Потому что государство растило и воспитывало их с пелёнок, вкладываясь в то, чтобы у ребёнка появился такой результат. И это надо чётко понимать. Марина, да и Людмила тоже, дошли до такого уровня мастерства, когда их присутствие в одном клубе будет мешать общему делу. Государственному делу. Понимаешь, Владимир Степанович? Марину и Люду будет трудно поднимать выше, ведь тогда они должны будут конкурировать на внутреннем уровне клуба. Но, разведя их по разным городам, федерация получит двух сильных фигуристок, которые будут конкурировать друг с другом не как скорпионы в банке, а как две свободные тигрицы в джунглях. Очевидно, что первенство области они пройдут. Если надо, федерация опять изменит правила отбора, и получат путёвку дальше, на первенство СССР среди юниоров. Или спартакиаду школьников, что более вероятно. Любой указанный старт принесёт им звание кандидатов в мастера спорта, и на следующий сезон они смогут участвовать во взрослом чемпионате СССР. При этом Марина будет представлять Москву, а Люда — Екатинск.

— Но… Почему именно Марина? — уже изрядно успокоенный, спросил Соколовский. — Люда вроде бы тоже катается прекрасно.

— Технически Люда выступила лучше Марины… — помедлил Каганцев. — Но судьи всё равно поставили вашу дочь выше. Потому что у неё программы более идеологически выдержаны. Не забывайте — рядом с вами сидел товарищ Ельцин.

— И Марина об этом знает? — недовольно спросил Соколовский, сразу догадавшийся о недовольстве Марины и её последних намёках, что это благодаря его связям она получила золотую медаль.

— Если не знает, то наверняка догадывается, — пожал плечами Каганцев. — Она же профессионалка и видела, что соперница выступила с тройными прыжками и лучше её. Я думаю, она считает свою медаль нечестной. Но такова жизнь… Это спорт, и уже никуда не деться. После этого всего и начался, собственно говоря, весь сыр-бор. Закатил скандал Ельцин, видевший прокат Люды, потом пересмотрели правила, чтобы отправить её на чемпионат области. Ту же решили Марину отправить в ЦСКА к Станиславу Алексеевичу Жуку.

— Марина сейчас думает, что это я устроил ей золотую медаль! — с отчаянием сказал Соколовский. — Очень обидно, учитывая, если я этого не делал и даже не помышлял.

— А ты не переживай, Владимир Степанович… — ободряюще сказал Каганцев, снова наливая коньяк. — Марина и Люда — взрослые девочки, разберутся сами. А мы поможем, если что-то пойдёт не так.