Придя в тренерскую, Левковцев сел за стол и, пока перебирал бумажки, задумался. Он-то знал, что в фигурном катании психика, или, как говорили профессионалы, «проблемы с головой», играли огромную роль. Скажи фигуристам, что придётся показывать свои наработки ответственным лицам, и могут затрястись руки и ноги. И, как пить дать, выступление не получится. Но и молчать тоже нет смысла — начальство спортсмены видели и знают в лицо. А вот найти нужные слова можно попытаться. Или схитрить.

Когда фигуристы вышли на общефизическую подготовку, Левковцев попросил минуточку внимания.

— Ребята, хочу вам сказать одну важную вещь. Мы сегодня не одни. Ваш уровень подготовки сильно возрос. И это не осталось без внимания — мы же не в вакууме катаемся. Мне попросили передать огромную благодарность за всё, что вы делаете. У вас мощная группа поддержки на всех уровнях. Так что… Я полностью уверен в вас.

Однако фигуристы молчали и ждали, что будет дальше. Для них, которых хвалили на высоком уровне очень редко, такое изменение мнения начальства о себе казалось невозможным и подозрительным. Кроме Арины. Она сразу поняла задумку Левковцева. Ей ли не знать подобный ход троянским конём для мотивации спортсменов… На каток «Хрустальной звезды» постоянно ходили все, кому не лень — от спортивных журналистов до министра спорта Российской Федерации. Кататься перед высокими гостями не у всех получалось чисто, но отказать было невозможно. Сегодня откажешь в просмотре тренировок, а завтра про тебя забудут. И в плане известности, и в плане денег. Поэтому и Бронгауз постоянно говорил, что все инспектирующие восхищаются и радуются лишь одной возможности лицезреть таких уникумов в неформальной обстановке.

— Это очень хорошо, Владислав Сергеевич! — заявила Арина. — Высказанное вами обстоятельство окажет какое-то влияние на тренировочный процесс?

— В технической части нет, — заявил Левковцев. — Делаем то, что положено по плану. То же, что и всегда. Не прыгаем через голову и дышим спокойно. За вами не стоит Москва, фигурально выражаясь.

Фигуристы тут же повеселели, и даже Муравьёва, у которой была самая подвижная психика, сбросила намечавшееся уныние. Когда вышли на ледовую тренировку, Левковцев чуть не перекрестился, как делала бабка, — настрой у фигуристов был боевой, никакой тряски не намечалось. Они даже не обратили внимания на пять человек, сидевших в судейской зоне.

— Ребята! Сегодня, как я и предупреждал, у нас по плану полный прокат коротких соревновательных программ, — заявил Левковцев и продолжил: — Катаем легко, свободно, храним дыхание, следим за таймингом. Порядок выступлений вы знаете. Горинский, на старт!