— Но стабильные тройные прыжки только у Хмельницкой, — осторожно сказал тренер. — Я думал, если такое когда-либо случится, Москва заберёт именно её.

— Жуку не понравилась хореография и манера катания Люды, — покачал головой Каганцев. — Он не увидел в ней перспектив. Назвал жалким фиглярством и лицедейством на льду. Сказал, что ледовая балерина ему не нужна, а нужна спортсменка. Тем более на его глазах Люда два раза упала с тройных, что, сами понимаете, сильно испортило её статус. Жук сказал, что возьмёт Марину. Её он посчитал более перспективной. Вы продолжите работать с Хмельницкой. Готовьте её к чемпионату области. Соколовскую тоже. До конца сезона она будет приписана к нашей школе. Обеих девушек рассматривайте как первоочередную задачу всей вашей деятельности.

— Но она травмирована! — осторожно напомнил Левковцев. — Растяжение связок локтя.

— Если придёт сама, допустите до тренировок! — велел Каганцев. — Рука не нога, кататься может, и ладно. Понемногу пусть раскатывается, иначе, пропустив неделю, отстанет ещё больше. Её уже заявили на чемпионат и дали путёвку. Отказываться невозможно.

— А Марина? — помолчав, спросил Левковцев. — Она будет согласна на переход в ЦСКА? Или мнение спортсменки не учитывается?

— Вы что, издеваетесь, Владислав Сергеевич? — рассмеялся Каганцев. — Жить и тренироваться в Москве, да ещё когда такие перспективы открываются перед тобой? Вы хоть представляете себе? Да она на седьмом небе от счастья будет! Естественно, переход будет после окончания сезона. Подготовьте Марину к областному чемпионату, чтобы она хорошо проявила себя. Об остальном позаботятся другие люди.

Левковцев шёл с планёрки и думал о Соколовской. Несмотря на её тяжёлый характер, привык к девочке, чего уж там… Это называется «сработались». Будет грустно без неё… Но и отговаривать фигуристку от перехода в Москву тоже не было смысла — правильно говорил директор. Перед девчонкой открываются перспективы, возможность изменить свою судьбу. Никто не вправе отказывать ей в этом. Пусть сама решает, где жить и тренироваться.

Хмельницкая… Значит, нужно понемногу начинать заниматься с ней, несмотря на травму. Раз директор разрешил… Правда, официально, естественно, такого разрешения не было. Каганцев в устной форме спихнул ответственность за возможные последствия неразрешённых тренировок с себя на подчинённого. Так было всегда и везде…

… — Люда, пойдём в тренерскую, нам нужно поговорить кое о чём, — слегка смущаясь, попросил Левковцев. — Это касается тебя.

В тренерской никого, как всегда. Левковцев указал на стул у своего рабочего места, сам сел напротив. Немного помолчал, барабаня пальцами по столу, как будто не зная, как начать разговор.