И тут из трубы вентиляции выпорхнули искры.

Крошечные, фиолетово-синие, они выплыли в дождь стайкой и… не погасли. Ливень хлестал сквозь них, а огоньки плыли себе в воздухе, неторопливо выстраиваясь в цепочку. Покружили над трубой. Перестроились. Качнулись в сторону Дианы.

Уши волчицы встали торчком, забыв про забастовку.

Огоньки вели себя как живые. Один, самый наглый, подлетел ближе, повисел на границе вытянутой руки и качнулся из стороны в сторону. Словно дразнился.

Цепочка позади него изогнулась дугой, указывая куда-то за конёк крыши, как светящийся указатель «сюда, пожалуйста».

— Ага, конечно, — прошептала Диана. — Разбежалась.

Она шевельнула пальцами. Из рукава выскользнула тонкая древесная лоза и потянулась к ближайшему огоньку. Осторожно, самым кончиком.

Огонь не обжёг. Лоза коснулась искры, вздрогнула и… расцвела. На кончике побега распустилась орхидея, каких не бывает в природе: чёрная, с серебряным зевом, невозможной красоты. Цветок продержался один вдох и осыпался серым пеплом.

А потом Диана услышала хихиканье.

Тихое, многоголосое. Оно прозвенело не в наушниках КМН, наушники молчали мёртво. Оно прозвенело прямо у неё в голове.

— Яр, — Диана вдавила клавишу связи. — У меня тут светомузыка. Из вентиляции лезут огни, фиолетовые с синим, дождём не гасятся. Живые. Дразнятся, зовут за конёк. Лозу превратили в орхидею и сожгли. И они хихикают, Яр. Прям у меня в голове. Это как вообще?

Секунда тишины в эфире. Потом голос брата, низкий и собранный:

— Не покидать позицию. Ни на шаг, Ди. Слышишь?

— Да они же прямо тут вьются, наглые…

— Ди. — Голос вдавил её в рубероид не хуже гравитации. — Реальность вокруг гостиницы уже плывёт. Тени с хвостами, огни, звуки в голове. Тварь близко и продавливает мир одним своим присутствием, как утюг простыню. Всё странное, что ты видишь, может оказаться её пальцами. Сиди, смотри, но руками чтобы не трогала. Усекла?

— Есть сидеть и не трогать, — процедила Диана и отключилась.

Она возмущённо уставилась на огоньки. Огоньки уставились на неё. Один описал в воздухе петельку, до отвращения похожую на смайлик.

— Бесите, — сообщила им волчица. — Официально заявляю: бесите. У меня брат параноик, так что представление отменяется. Летите вон «Чистильщиков» дразните, у них броня, им всё равно.

Огоньки хихикнули в голове. Обидно так хихикнули, издевательски. Цепочка рассыпалась, искры разбрелись по крыше, тускнея, будто теряя интерес.

И тут порыв ветра швырнул один огонёк прямо к ней.

Совсем близко, на полметра. Он был прямо перед носом, покачиваясь, крошечный, тёплый даже на вид. Не надо никуда идти, не надо покидать позицию. Протяни лапу и сцапай. Формально приказ не нарушен: она же на позиции, просто с трофеем. А трофей можно показать Яру. И Игорьку. Игорёк обзавидуется.