Горячие слезы брызнули из моих глаз, покатились по щекам, обжигая порванную кожу у рта. Я хотела закричать, позвать Ярика, попросить прощения, но мое тело больше мне не принадлежало. Кошмарный голод дернул мои мышцы вперед.

Я с рыданием потянулась пастью к его лицу, и поток его маны хлынул мне в горло…

Диана и Даня

…С рыданием Диана попыталась сомкнуть разорванную пасть на лице Данилы, чтобы выпить всю его ману.

Но Даня вчера не зря закрыл третью ступень Стаи.

Волчьи инстинкты парня сработали на чистых рефлексах, опережая растерянный разум. Волосы на его загривке встали дыбом, а зрачки вспыхнули хищным огнем

Он шумно втянул воздух ноздрями. Из груди «Дианы», где раньше пульсировало теплое Ядро, тянуло ледяным сквозняком, в котором не осталось и следа человеческой души.

Данила ушел в низкую, устойчивую стойку. Он жестко вбил согнутое предплечье прямо в виснущее горло твари, ломая траекторию её рывка. Короткий, грязный удар локтем снизу вверх заставил её челюсть с клацаньем сомкнуться, щелкнув прямо перед его лицом. Парень дернулся изо всех сил, и с силой отбросил фальшивку от себя.

Девочка в пижаме отлетела к стене. Её движения выглядели ломаными, дергаными, словно у марионетки на оборванных нитях.

— Ты… ты не Диана! — прорычал Даня, обнажая клыки и прижимая уши к голове. — Кто ты, тварь⁈ Где моя сестра⁈

Фальшивка сползла по стене. Из её глаз ручьем лились слезы, размывая кровь на лице. Её правая рука с кривыми когтями судорожно тянулась вперед.

Внезапно её же левая рука с силой вцепилась в её же запястье, удерживая неподвижно.

— Даня… — её голос сорвался на плачущий всхлип. — Беги… пожалуйста, беги! Я не… я не контролирую это тело! Оно голодное!

Существо изогнулось под неестественным углом. Правая нога рванулась вперед для прыжка, но левая с силой вцепилась когтями в паркет, с треском раздирая когтями дерево — фальшивка отчаянно пыталась затормозить собственное тело.

Даня смотрел на существо и не знал, что делать… Сражаться? Бежать?

— Кто-нибудь! Яр! Деда! У нас вторжение! — громко закричал он.

Существо с истошным воплем преодолело само себя и прыгнуло, целясь когтями парню в шею.

Даня уклонился с хищной грацией. Он перехватил её вытянутую руку, применил силовой захват и с силой впечатал тварь лицом в паркет. Пол под ними с треском раскололся. При ударе розовая ткань пижамы на её спине лопнула, но вместо плоти из раны повалили черные, клубящиеся нити сырой маны, похожие на обрывки обгоревшей пряжи.

— Заткнись! — Данила прижал воющую, брыкающуюся фальшивку коленом к полу. Из мест проколов вместо крови тонкой струйкой струился фиолетовый дым. — Где Ди? Что ты с ней сделала⁈