Веко у неё дёрнулось. На кончиках пальцев затлела синяя магия, вытягиваясь в форму острого скальпеля.

— Волков, — произнесла она голосом, которым обычно сообщают родственникам плохие новости. — Ты в курсе, сколько стоил этот паркет?

— Вычтите из алиментов.

Прелюдии я не люблю. Прелюдии для тех, у кого есть время и совесть. У меня заканчивалось первое и никогда не было второго.

Я пересёк кабинет в два шага, упёрся кулаками в столешницу и наклонился. Древесина под моими руками жалобно скрипнула.

— Софья, — сказал я. — Ваша ассистентка. Наивная девочка с дефицитом железа и IQ, с библиотекой про нежных орков. Кто-то оплодотворил её моим украденным биоматериалом. Кто-то, у кого был доступ к криохранилищу, к оборудованию для процедуры и к её медкарте. Кто-то, кому очень хотелось получить ручного Волчонка в пробирке. Я перечислил три пункта, Елена Викторовна. Хотите, угадаю, кто подходит под все три?

Что-то в её лице… пошло не по сценарию.

Я ожидал холодной усмешки. Ожидал «и что ты мне сделаешь». Ожидал даже торга — «отдай мне образцы плода, и разойдёмся». Андреева умела торговаться, стоя по колено в проблемах.

Вместо этого она нахмурилась. Искренне, недоуменно, как хирург, которому сообщили, что он забыл в пациенте зонтик.

— Какая процедура? — переспросила она. — Волков, что ты несёшь? Софья в декрет не подавала, анализов не сдавала… Стоп. Она беременна? От тебя?

Рука её при этом (надо отдать должное рефлексам старого военно-полевого хирурга) уже плыла под столешницу. К тревожной кнопке.

— Давите, — разрешил я великодушно. — Мне всё равно надо было размяться.

Она надавила.

Двери разлетелись через четыре секунды. Хорошее время, элита. Четверо гвардейцев-санитаров в белой броне, в руках сверкнули магические клинки, у каждого на перчатках уже разгорались усыпляющие печати.

Я даже когти выпускать не стал. Невежливо резать людей в чужом кабинете, там и так паркет испорчен.

Я просто перестал сдерживать ауру.

Хвост Кицунэ, доваривающийся в Чёрном Желудке, добавил в неё девять веков чужой злобы — и получившаяся волна прокатилась по кабинету, как взрывная. Четверых элитных бойцов впечатало в стены с сочным хрустом штукатурки. Секунду они висели, как магниты на холодильнике, потом медленно, с достоинством, стекли на пол и остались лежать живописной композицией «утро после корпоратива».

[Чёрный Желудок: Нейтрализовано целей: 4. Затрачено усилий: как отогнать муху. Калорий не получено. Скука.]

— Дышат, — отметил я, перешагивая через ближайшего. — Живые.

Андреева побледнела — но не встала, не побежала, не завизжала. Сидела прямо, сжав подлокотники, и смотрела на меня взглядом патологоанатома, прикидывающего, с какого разреза начать.