Заточение моё затянулось. Отсидел за решёткой до самой ночи. Правда, скучно не было. Как-то незаметно перезнакомился со своими собратьями по несчастью, так как ни им, ни мне делать нечего было. Под приглядом строгих полицейских выяснять отношения — себе дороже. Ну а когда драться нет возможности, начинаются разговоры. Мужики оказались совсем не ангелочками, но колоритные и незлопамятные.
— Чёть тебя, Родька, долго маринуют, — сочувственно произнёс тот самый зачинщик-бугай, вышедший на волю предпоследним из нашей компании. — Если чё, иди в отказ. Мол, ничего не знаю, ничего не ведаю. Пьяный был, лиц не запомнил. Драться не дрался, а всего лишь оборонялся. Запомни главное правило: меньше болтаешь — быстрее выходишь.
— Спасибо, Фома, — на прощание пожал я его мощную лапу. — Уже в курсе, как с легавыми себя вести.
— Вот и молодца! — ощерился он в улыбке. — Ты к нам заглядывай. Драк, правда, каждый день не обещаю, но в том кабаке теперь за своего сойдёшь. Так что скучать не придётся.
Один просидел до самой полуночи. Выпустили молча, вернув вещи и содрав штраф в сорок рублей. На улице никто не встречал, поэтому я запрыгнул в коляску к стоящему неподалёку извозчику и направился домой, мечтая принять ванну, чтобы смыть себя тюремный запах.
— Вопросы к тебе имеются, Родион, — как только мы отъехали от полицейского участка, неожиданно поговорил извозчик знакомым полковничьим голосом.
— Юрий Евдокимович? — удивился я. — Извините, впотьмах и не признал.
— На то и расчёт, — хмыкнул Краснов. — Ты что ж это такое творишь?
— Вы про драку в кабаке?
— Да бог с ней, с этой дракой. Объясни лучше, как живая проститутка через час оказалась мёртвой в номере Хаванского. И не надо говорить, будто бы тело заранее подкинуто было. Девку опознал и швейцар, и ночной портье, выдавший ключ этой парочке.
— Это две разные девушки, — выдал я заранее заготовленный ответ. — Сёстры-близняшки. Сироты приехали из какой-то дремучей деревни в столицу на заработки. Одну из них, Дуню, взял к себе в служанки, а вот вторая позарилась на лёгкие деньги и была придушена лихими людишками в подворотне. Я, как это узнал, сразу понял, чем такая парочка с одинаковыми мордашками пригодиться может. Отсюда и план ловушки на Хаванского родился.
Мёртвую на несколько дней в специальную пентаграмму положил, чтобы не испортилась. Ну, а с живой основательно повозиться пришлось, чтобы уговорить на такое использование сестры. Денег кучу отвалил и пообещал хорошую жизнь в столице обеспечить. Девушка вначале не соглашалась, а потом, поняв, что осталась совсем одна, дала добро.