Так отсидели почти четыре часа. На самом деле чувство времени я потерял буквально через пять минут после начала странного урока. Лишь открыв по команде глаза, понял, насколько долго нам пришлось пробыть в неподвижном состоянии.
— Все можете идти, — снова прохрипела ведьма. И неожиданно ткнув в мою сторону пальцем, добавила: — А ты, смазливенький, останься. Вопросы к тебе будут.
— Что ж ты, гадёныш, творишь? — угрюмо начала старуха, как только мы остались одни.
— Слушаю ваши непонятные вопросы, — с лёгким вызовом ответил я. — Но могу и более развёрнуто объяснить, если вы соизволите поступить таким же образом.
— Ты меня тут носом в дерьмо не тыкай! Молод ещё! Я почти сто сорок годков прожила и всяких прохиндеев видала!
— Сто сорок? — усмехнулся я. — А выглядите молодо. Больше ста двадцати и не дал бы.
— Ёрничаешь?
— Ну так повод есть.
— Хорошо, — тяжело вздохнула Ярина. — Раз ты такой непонятливый, то давай на твоём дурном языке поговорим. Какого чёрта ты силу тварей поганых в себя закачиваешь? Решил великим магом за счёт неё стать? Разочарую! Сдохнешь скоро, сам в тварь превратившись!
Ого! А бабка реально сильная! Ещё никто не смог прочитать во мне энергию Преисподней. С этой мадамой нужно держать ухо востро, а то ведь и до личности Ликвидатора Сидо может докопаться.
— Светлана Кузьминична, — начал я свою игру с ведьмой. — Вы тоже почувствовали, что со мной что-то не то?
— Ещё как почувствовала. Все студенты — люди как люди, и лишь ты один провонялся Преисподней. Так что готовься, милок, в казематах дальнейшее «обучение» продолжить. И сбегать от меня не советую: сопляк ты ещё супротив меня.
— Не собираюсь никуда сбегать. А вот разобраться, что происходит, очень хочется.
— Что происходит? — хмыкнула она. — Да то и происходит, что энергией поганой себя подзаряжаешь. Это преступление похлеще некромантии будет.
— Не подзаряжаю.
— Не ври!
— Не вру. Хотя после летней практики действительно что-то хреновастенькое чувствую. То сны кровавые снятся, то тварей чувствовать ни с того ни с сего начинаю.
— После практики? — насторожилась старуха. — Как зовут?
— Родион Булатов.
— Это тот, что в Бакле покуролесил?
— Не куролесил, — признался я. — Больше жизнь свою спасти пытался, ну и товарищам из-за завалов выбраться помог.
— Знаю официальную версию. Молодец, что от неё не отходишь. Но, Родька, и про остальное тож ведаю. Как вы своими тощими задницами Размытие Границы остановить пытались, мне во всех подробностях Иван Иванович расписал.
— Сам князь Аничков?
— Значит, знаешь его настоящую фамилию? Удивил. Именно он. Дмитрий Максимович лично у меня консультации брал. Особенно некто Булатов его интересовал. Говоришь, после Баклы странности начались?