— Доброе утро. — Я пожал ему руку.
— И вам. — Он затушил сигарету о подошву. — Знаете, Алексей Дмитриевич, я тут подумал.
— Слушаю.
— Может, ну его, этот ремонт «на ходу»? Остановим сервис полностью. Пусть Климов за неделю всё сделает — и узлы, и примыкания, и проверку. А то маемся: один пост работает, второй капает, мастера бегают, плёнку натягивают. Бардак.
Я посмотрел на него. Зорин устал. Когда человек устаёт от проблемы, первое решение, которое приходит в голову, — избавиться от неё целиком. Понятный порыв, но не самый разумный.
— Павел Андреевич, есть нюанс.
— Какой?
— Если мы останавливаем сервис полностью — это простой. Убытки. Неделя простоя — минимум триста тысяч. Возможно — больше. И всё это время Климов будет работать с ощущением, что спешить некуда.
Зорин нахмурился.
— А если не останавливать?
— Тогда — минимальные ограничения. Два узла — два рабочих поста. Переводим их в резерв, натягиваем защитные плёнки, ставим поддоны. Остальные шесть постов работают. Климов чинит узлы поочерёдно, по одному за день-два. За неделю укладываемся. Сервис не встаёт, убытки минимальны.
Зорин достал было вторую сигарету, передумал, повертел в пальцах, убрал обратно.
— А риск? Что-то пойдёт не так?
— Риск — что Климов затянет. Но срок у него в протоколе — семь рабочих дней, и это уже его проблема, не ваша. А Глебова проверит качество, когда он закончит.
— Ладно. Послушаем Глебову.
Мы прошли внутрь. Климов заметил нас, прервал разговор с мастером, подошёл.
— Дмитрий Сергеевич, — он кивнул в сторону крепкого мужика. — Наш мастер. Будет отвечать за узлы.
Мастер шагнул вперёд и протянул мне руку. Рукопожатие у него было крепкое.
— Дмитрий, — он представился сам. — Можно просто Дмитрий.
Мы прошли к двум проблемным постам. Поддоны стояли на месте, в них ритмично капала вода. Звук раздражал, как тикающие часы в комнате, где пытаешься уснуть. Плёнка, которую натянули над постами, провисла от влажности. Два узла примыкания выглядели безобидно — просто стык кровли и водосбора. Но тепловизор говорил другое.
Глебова подъехала ровно в девять, с фотоаппаратом на шее и тепловизором в чехле. Она кивнула мне, Зорину, даже Климову.
— Ирина Михайловна, — Зорин показал на два узла. — Вот эти. Дмитрий Сергеевич готов снять фартук и заново завести гидроизоляцию. Но Климов настаивает — достаточно поверхностной заделки.
— Поверхностной? — Глебова посмотрела на Климова сверху вниз. — Павел Ильич, я вам уже говорила и повторю снова: дефект не на поверхности. Дефект — под фартуком. Гидроизоляция не заведена под фартук, и у водосборной воронки осталась щель.