Я посмотрел на неё. Она уже поняла — по моему лицу, по тому, как я схватил пальто, по тому, как быстро заговорил. Поняла, что дело серьёзное.
— Вместе, — подтвердил я.
— Куда поедете-то? — Мама не унималась.
— Мам, к коллеге. Марина Викторовна. У неё сложности на работе. Нужно помочь с документами.
— Сложности. — Мама покачала головой. — Опять сложности. Лёш, да когда ж ты отдохнёшь?
— Мам, на неделе заеду. Обещаю.
— Обещает он. — Мама повернулась к Вере. — Вера, вы следите за ним. А то он забудет, что обещал.
— Слежу. — Вера улыбнулась. — Не волнуйтесь.
Мама постояла секунду, потом решительно сняла с плиты сковородку, завернула в полотенце и протянула мне.
— На вот. Пирог. Вам обоим. Чтобы не сидели там голодными.
— Мам, ну зачем…
— Лёшенька! Бери и езжай. И позвони мне, как доедете.
— Ладно, мам. Спасибо.
Я взял сковородку. Вера — свою сумку. Мы вышли на лестничную клетку, и пока я спускался, она спросила шёпотом:
— Что случилось?
— Марина. Бывшая сотрудница Когана. Коган с Денисом пришли к ней домой, пьяные, и требовали, чтобы она подписала документы о недостаче.
— Что за недостача?
— Связанная со мной. По делу Воронина она передала нам копии — по моему запросу. А теперь Коган утверждает, что заодно пропали папка с оригиналами и архивная флешка.
— Акт был подписан?
— Без оговорок. Чистый.
— И они хотят задним числом?
— Именно.
Мы вышли на улицу. Я сел за руль Вериной машины, Вера — рядом, со сковородкой на коленях.
— Давай сложим, что у нас есть, — сказал я, когда мы отъехали от маминого дома. — В пятницу Коган напивается в конторе и громит кабинет. В тот же вечер Марина уходит — с запиской «ухожу, не ищите». В субботу его телефон выключен. А сегодня он вместе с Денисом, пьяный, стоит у неё под дверью с бумагой задним числом.
— Это похоже на панику. — Вера откинулась на спинку сиденья. — Коган напился — значит, что-то его сильно прижало. Марина ушла — значит, он потерял сотрудницу, которая вела дела. И теперь он пытается создать документ, который даст ему рычаг давления. На Марину. На тебя. На кого угодно.
— Я тоже так думаю.
— Лёш. — Она повернулась ко мне. — Зачем ему недостача папки и архивной флешки?
— Чтобы поставить под сомнение происхождение материалов, которые я получил.
— Но акт подписан.
— Вот именно. Если он заставит её подписать задним числом дополнение, он сможет заявить, что при передаче чего-то не хватало. А чего не хватало — это уже вопрос. Возможно, чего-то такого, что компрометирует меня.
Вера кивнула.
— И ещё, — продолжил я. — За копиями по клинике в контору ездила Полина. Марина записала разрешённые копии на флешку, Полина приняла носитель по акту. Денис наверняка это видел. Вот тебе и когановский «свидетель». Коган скажет, что Полина «унесла» материалы.