— Всё так славно, что блевать хочется, — сквозь зубы сказал Зубарь. Прекратив подпирать косяк, он подошёл ко мне и спросил: — Чем закончились переговоры? Что такого этот швед скажет зэкам, что они будут молча ждать утра?
Я ответил, глядя Зубарю в глаза:
— Он скажет им, что утром мы начнём наступление и перебьём всех, кто не захочет сдаться. А также он скажет им, что помощь уже идёт. Обнадёжит, так сказать.
— А если этот сброд решит по‑своему? — спросил Боков. — Если они перебьют Адама и его парней ещё до ночи? Что тогда?
— Такой вариант имеется, — ответил Максим. — Будем полагаться на везенье и русский авось. Повезёт — и обойдёмся малой кровью. Не повезёт, тогда крови будет много. У нас другого выхода нет…
План действий мусолили до темноты. Так мусолили, что даже мне он начал казаться бредовым. Впрочем, бреда навалом. С самого начала и, похоже, до самого конца. Удача нам не помешает. Она нужна нам как никогда раньше. Что сейчас, что в скором будущем. Проблемы мы себе нажили нешуточные. Надо их разгребать.
— Лиса на позиции, — доложила Раиса. — До лагеря метров триста, не более. Отлично просматривается большая часть часовых. Один заметил меня в тепловизор и замешкался. Повезло, что не запаниковал. Хотела снять.
— Парней шведа и заключённых различаешь? — спросил я. Рядом лежат Бодров и Мусин. Оба осматривают окрестности. Жаль, что у нас нет тепловизоров. Они есть только у Раисы и Бокова. Первая уже на позиции и готова в любую секунду открыть снайперский огонь по лагерю. Второй с противоположной стороны лагеря осматривает окрестности на предмет присутствия зверья. Опасно!
— Различаю, и при этом отлично, — ответила Раиса. — Мало того, что экипированы они по‑разному, так и ходят иначе. Военные, пусть и наёмники, всё‑таки обучены. Сброд — он и в Африке сброд.
— Мы выдвигаемся, — тихо сказал я в эфир. — Раиса, следи за лагерем.
Мусин и Бодров одновременно поднялись и, пригибаясь, пошли в сторону лагеря. Я отправился следом. До лагеря около километра. Метрах в ста от нас залегли Нугуманов, Кузнецов и Осипов. Ещё в ста метрах на позиции находится Зубарь с двумя своими бойцами. Всего таких групп восемь. В каждой по три человека. Только Раиса действует в одиночку и уже несколько минут находится на позиции.
Проснулась рация:
— Я вижу, как сужается кольцо, — сказал Боков. — Кольцо — это мы. Если в тепловизор посмотрит хотя бы один человек из лагеря, то нам крышка. Одного хамви хватит, чтобы перестрелять всех нас.
— Нас уже давно заметили, — сказала Раиса. — Наёмники шведа слишком нервничают, если приглядеться. Хорошо, что не пьют. Часовые из заключённых пьют. Парочка шатается и стрелять точно не способна. Разве только в небо. Ещё трое тоже скоро до кондиции дойдут. Четверо не пьют и, кажется, понимают, что ситуация хреновая. Нервничают сильно, но пить не собираются. Один постоянно за кострами следит. Видите, как хорошо горят?