Внутри бара было пусто и уныло. Деревянные столы, пахло жареной картошкой и вчерашним перегаром. За стойкой стоял мужик лет пятидесяти, с лицом, будто вырезанным из старого дуба, и лениво протирал бокалы. А в углу, у стойки, сидел единственный посетитель. И вот он-то сразу приковал моё внимание. Не лицом — его я видел только сбоку, — а формой. На его куртке красовалась эмблема энергосбыта.

— Ба, Ваше Сиятельство! — усмехнулась Шурка. — Это ж Витька, электрик наш районный! Вот почему вам электричество не делают! Он уже с утра готовенький!

— Чёрный кофе без сахара, — обратился я к бармену, — двойную порцию.

Я вопросительно взглянул на Шурку, но та намёка не поняла.

— И латте, — сделал я выбор за неё.

Бармен молча кивнул и занялся кофе, а я подсел к электрику.

— Чё надо? — буркнул он.

— Доброе утро, — начал я. — Я Илья Каменский. Был у вас в энергосбыте. Мне сказали, подключить смогут только в понедельник, а мне надо бы сегодня.

— Ну, а я Витька, — он откинулся на спинку стула. — И чё? У меня суббота, выходной. Вам сказали звонить в понедельник — звоните в понедельник, приеду, всё сделаю.

— Как с графом разговариваешь? — возмутилась Шурка.

Витька повернулся, прищурился.

— Это граф? Чё, правда?

Шурка кивнула, и Витька заметно подобрался.

— О, простите, Ваше Сиятельство, — сменил он тон. — Не узнал. Со всяческим почтением, стало быть, но у меня сегодня выходной. Звоните в понедельник.

Я посмотрел ему прямо в глаза.

— Мне. Надо. Сегодня, — с нажимом ответил я.

Витька вздрогнул.

— Вам надо сегодня, — повторил он, но потом встряхнул головой. — Сто рублей и выезжаем прямо сейчас.

— А хо-хо не ху-ху? — возмутилась было Шурка, но, наткнувшись на мой взгляд, осеклась.

— Десятка, — спокойно предложил я.

— Девяносто! — Витька с азартом повернулся ко мне. — Чисто по-графски!

— Двадцать, — повысил я ставку. — Ты всё равно в баре сидишь, пиво хлещешь. Так хоть заработаешь.

— Восемьдесят, — Витька почесал затылок. — В выходной работать — себя не уважать!

— Тридцать, — я откинулся на стуле. — Тебе там делов-то на час!

К нам подтянулся бармен, с интересом прислушиваясь к торгу.

— Семьдесят, — Витька прищурился. — Знаю я, сколько там работы. До конца дня не управиться.

— Сорок, — я отхлебнул кофе. — Я тебе помогу, вдвоём управимся.

— Шестьдесят, и это моё последнее слово, — Витька подался вперёд.

— Пятьдесят, — я подался навстречу.

Витька задумался, барабаня пальцами по стойке.

— Полтинник… и счёт в баре, — выдал он наконец.

— Договорились, — кивнул я.

Но прежде чем я успел оплатить, Витька с совершенно наглыми глазами обратился к бармену: